Бывшие. Я не смог ее забыть
- … Я знаю, что ты думаешь обо мне, Лер. Я знаю, что…это…твою мать, очень дерьмовый поступок, но поверь мне, я об этом не просил. Я…я пытался бороться, пытался забыть…- И не смог.- Не смог. Как только я увидел ее, меня перемкнуло. Я не хотел поступать с тобой так и делать тебе больно…- Конечно, - криво усмехаюсь, покрепче сжимая лямку рюкзака, - Но она же твоя первая любовь. Кто я по сравнению с такой величиной?Я до последнего не хотела верить, что мой надежный, нежный муж способен на предательство, но после звонка подруги, игнорировать знаки было уже невозможно. Я ничего не придумала. Я все видела своими глазами. В нашем доме, в нашей спальне. Цинично и грязно до невозможного, как только я сказала, что уезжаю на пару дней, он привел ее туда, где все еще слышен аромат моего парфюма. Похоже, первая любовь - это джокер любой колоды. Он побьет и десять лет отношений, и тебя, и все ваши улыбки с фотографий, что сейчас смотрят на меня, а будто бы насмехаются...Кто ты? Всего лишь жена. И что ты можешь против первой любви, которую он не смог забыть?...
Во-вторых, в процессе сокрытия своего капитала я наткнулся на пару неприятных моментов, которые здорово увеличивали срок необходимости находиться рядом с подлой сукой. А секса хотелось дико. Серьезно.
Может быть, некоторые мужики могут на голодном пайке или ручной тяге выдержать хоть год - мне до них, собственно, нет никакого дела. Я секс люблю, и мне без него сложно. Так у меня появилась дилемма: трахать жену? От одной мысли воротило. Или трахать ее подругу? Там было поприятнее. Кира оказалась…очень пылкой любовницей, к тому же влюбленной в меня. Чем не выход?
Два с половиной месяца я не прикасаюсь к Кристине вообще. Зато Кире не даю прохода. Это становится проблемой…
Стоп. Нет. Хуйня. Не слушайте меня, нет никакой проблемы. Единственная моя проблема: как, женившись на гребаной нимфоманке, держать ее в узде? Ссылаться на работу бесконечно невозможно.
Я понимаю одно: нужно ускориться.
- Ты опять улетаешь! - Крис за спиной переходит на визг.
Я улыбаюсь.
Стоп. Блядь! Не смей улыбаться! Тебе должно быть грустно, чувак.
Поворачиваюсь и вздыхаю до рези печально.
- Малыш, ты же понимаешь. Я тебя предупреждал: работы будет очень много…"
"Это, кстати, правда. Может, и хорошо, что я когда-то ее берег. Окружал заботой. Еще на этапе мыслей в сторону Европы, как-то вечером сказал ей, что работы будет много. Она улыбнулась, потянулась под одеялом и придвинулась ближе шепнув:
- Я все понимаю, любимый. Это ничего…
Ага, а то как же. Она бы жрала мне мозг, только я бы из-за этого здорово переживал. Сейчас не переживаю. Замечательно.
- Ты постоянно работаешь! - кричит она дальше, когда я отворачиваюсь, - Ты вообще на меня никакого внимания не обращаешь! Знаешь! - дальше я слышу всхлип, - Мне даже кажется, что…
Ну же. Что?
Тянет драматичную паузу - закатываю глаза. Ясно. Я должен поучаствовать в этой мизансцене.
- Что?
- Что ты меня больше не любишь…
Ой, бля-я-я…
В курсе, что женщинам нужно постоянно слышать о чувствах: они любят ушами. Я знаю. Но! Какой же это тяжеляк, когда ты не любишь. Да и когда любишь, тоже тяжеляк, но когда тебя блевать тянет от одной необходимости быть рядом, хоть в петлю лезь, сука.
Кристина делает ко мне шаг, плечи сразу напрягаются.
- Эмиль, мы совсем не видимся, - шепчет она дальше, - Ты постоянно на работе. Ты часто не ночуешь дома…
- Ты на что-то намекаешь?
- У нас давно нет секса.
Резко поворачиваюсь.
В моменте меня кроет, и я это открыто признаю. Прятаться не собираюсь. Меня кроет, потому что говорить о сексе со мной, притом так натурально всхлипывая - это, конечно, надо только постараться. Такой наглости за всю свою жизнь, я встречаю впервые.
- Что? - тихо переспрашивает Крис, и по страху в ее глазах, я понимаю, что уже переборщил.
Это плохо.
Тормози.
Криво усмехаюсь и выкручиваюсь.

















