Бывшие. Я не смог ее забыть
- … Я знаю, что ты думаешь обо мне, Лер. Я знаю, что…это…твою мать, очень дерьмовый поступок, но поверь мне, я об этом не просил. Я…я пытался бороться, пытался забыть…- И не смог.- Не смог. Как только я увидел ее, меня перемкнуло. Я не хотел поступать с тобой так и делать тебе больно…- Конечно, - криво усмехаюсь, покрепче сжимая лямку рюкзака, - Но она же твоя первая любовь. Кто я по сравнению с такой величиной?Я до последнего не хотела верить, что мой надежный, нежный муж способен на предательство, но после звонка подруги, игнорировать знаки было уже невозможно. Я ничего не придумала. Я все видела своими глазами. В нашем доме, в нашей спальне. Цинично и грязно до невозможного, как только я сказала, что уезжаю на пару дней, он привел ее туда, где все еще слышен аромат моего парфюма. Похоже, первая любовь - это джокер любой колоды. Он побьет и десять лет отношений, и тебя, и все ваши улыбки с фотографий, что сейчас смотрят на меня, а будто бы насмехаются...Кто ты? Всего лишь жена. И что ты можешь против первой любви, которую он не смог забыть?...
Можешь попытаться присосаться к нему. Это будет забавно, если учесть тот факт, что ему ты нахуй не нужна.
- Ты…
- …Прав. Да, малыш, я прав. Спорю на что угодно, что он к тебе на пушечный выстрел не подойдет после того, как из-за тебя он потерял любимую женщину. Спойлер: это не ты.
Шумно выдыхаю. На его губах расцветает улыбка…
- Ты так мечтала о сытой жизни, моя сладкая писечка? Помнишь? Хотела дома, машины, брендовые шмотки. Что-то мне подсказывает, что потеря меня - это хуйня, а вот потеря этой самой жизни? Настоящая боль. Ты навсегда останешься ничтожеством. Пустой, дешевой, грязной шлюхой. Кстати, за попытку сделать свою суть профессией, тоже не будет никакого импичмента. Я же не монстр…"
"Ярость перекрывает кислород. Сама не понимаю, как вскакиваю и лечу в его сторону с кулаками. Эмиль не дает до себя даже дотронуться, перехватывает запястья, а потом толкает так, что я падаю на пол. Мягкий ковер смягчает удар, но я громко кричу.
В комнате снова повисает тишина.
Мне не больно, но ему необязательно это знать…
Поднимаю глаза и шепчу, изображая страх, хотя сама продолжаю гореть от ярости…
- Ты…ты меня толкнул.
Эмиль холодно хмыкает.
- Не устраивай театр одного актера, под тобой ковер. Но! Если еще раз посмеешь до меня дотронуться - я дам тебе пощечину. Предупрежден, значит, вооружен, и дальше решать только тебе, но я не позволю больше и близко к себе подойти. И без того в говне извалялся - достаточно.
Застываю, ведь он не шутит. Грудь часто вздымается, и больше всего на свете мне хочется вцепиться ему в морду ногтями, но я не шевелюсь. Эмиль приседает на корточки и вглядывается мне в глаза, а потом шипит.
- От тебя всего-то требовалось быть верной. Я больше ни о чем не просил, хотя, наверно, сам виноват. Ждать от шлюхи верности - бред. Ничего, буду умнее. Что касается ребенка - спасибо, что жрала таблетки. Видеть в нем твои черты было бы адом, моя милая. А теперь пора заканчивать. У меня все будет охуенно, а тебя ждет увлекательная жизнь продавщицы продуктового, и это честно, как по мне. Все, что ты заберешь из этого брака - пару побрякушек. Кстати, они ненастоящие, если ты еще не поняла. Все, что я когда-то тебе дарил - я забрал и заменил на дерьмо. Какая любовь - такие и украшения. Единственное, что я оставил - это колье. Но дело не в щедрости, малыш. О нет. Я хочу, чтобы ты смотрела на это колье до конца своих гребаных дней и вспоминала, как ты проебалась. А теперь встала и пошла собирать свои шмотки. Или нет. В принципе, выражения твоего лица мне уже достаточно.
Дар речи возвращается. Я чуть прищуриваюсь, а потом шиплю подобно ему.
- Думаешь, я так просто уйду?! По закону…
- Она вспомнила о законе. Ха! Забавно. Ты нихрена не получишь от меня, но можешь попытаться вырвать свой кусок. Давай.

















