Бывшие. Я не смог ее забыть
- … Я знаю, что ты думаешь обо мне, Лер. Я знаю, что…это…твою мать, очень дерьмовый поступок, но поверь мне, я об этом не просил. Я…я пытался бороться, пытался забыть…- И не смог.- Не смог. Как только я увидел ее, меня перемкнуло. Я не хотел поступать с тобой так и делать тебе больно…- Конечно, - криво усмехаюсь, покрепче сжимая лямку рюкзака, - Но она же твоя первая любовь. Кто я по сравнению с такой величиной?Я до последнего не хотела верить, что мой надежный, нежный муж способен на предательство, но после звонка подруги, игнорировать знаки было уже невозможно. Я ничего не придумала. Я все видела своими глазами. В нашем доме, в нашей спальне. Цинично и грязно до невозможного, как только я сказала, что уезжаю на пару дней, он привел ее туда, где все еще слышен аромат моего парфюма. Похоже, первая любовь - это джокер любой колоды. Он побьет и десять лет отношений, и тебя, и все ваши улыбки с фотографий, что сейчас смотрят на меня, а будто бы насмехаются...Кто ты? Всего лишь жена. И что ты можешь против первой любви, которую он не смог забыть?...
Лишь факт кольца на моем пальце делал меня ее движимой собственностью, о чем моя дражайшая супруга любила напоминать."
"- Ты мой муж! - кричала она, разбивая что-нибудь о пол светлой кухни, где не было ни одного намека на семью, - МОЙ. МУЖ!!!
И плевать, что это так не работало. Я не чувствовал себя ее мужем, и ответственности за нее я тоже не чувствовал. Мы были двумя чужими людьми под одной крышей, которые ни разу не сделали шага друг к другу, чтобы перевести их отношения в другую плоскость. Не там, где «надо» и «обязан», а там, где «хочу» и «люблю».
Все стало еще хуже, когда она потеряла ребенка. Мадина больше не кричала, и в доме стало еще холоднее. Возвращаться туда не хотелось вообще. Я чувствовал себя виноватым, хотя виноватым не был. Когда она забеременела, у меня никого не было на стороне. Я знал, как резко она реагирует, пусть и не понимал такой реакции, и мне…честно? Было стремно, что произойдет то, что произошло.
Он просто перестал шевелиться в утробе. Врачи так и не поняли, что произошло, но это было больно. Я долго не мог отойти, и несмотря на все сказанное доктором, винил себя. Мадина тоже винила меня. И себя.
В нашем доме стало наконец-то тихо.
Она больше не кричала.
Когда я встретил Кристину, мои друзья вывезли меня в Мадрид, чтобы я немного пришел в себя. Это произошло на пляже. Она позировала, а я увидел ее и завис.
Все закрутилось банально. По совету одного из друзей, я подошел к ней и пригласил на свидание. А дальше по накатанной…
Мы провели прекрасные две недели вместе, но когда они подошли к концу, я понял, что не смогу…нет, я не смогу оставить Кристину за спиной и снова вернуться в мир, где нет красок и тепла. Где дом - это просто четыре стены и бесконечное одиночество. С ней рядом я начал дышать полной грудью и снова стал улыбаться.
Два года мы встречались тайно. Мадина занималась своими делами. Я оплатил ей учебу в университете и с радостью наблюдал за тем, как девчонка выходит за границы собственного воспитания. Мы стали больше разговаривать. А потом мы стали друзьями, и в один из наших вечеров за ужином я рассказал ей о Кристине.
Было стремно.
Я боялся, что Мадина начнет плакать, но она только улыбнулась и слегка покраснела, а потом призналась, что тоже встречается с парнем со своего потока. Его зовут Олег. Хороший мужик. Когда мы с Мадиной стали ближе и перестали вестись на навязанные нам роли, а определили их сами, как дружеские, я наконец-то почувствовал ответственность, поэтому пробил все возможное о ее парне. Ничего криминального. Олег из семьи адвокатов, пошел по стопам родителей и уже на тот момент имел очень четкие перспективы стать новой звездой.
Еще один спойлер: он ей стал.
Они поженились сразу после нашего развода и счастливы до сих пор. У них подрастает дочь - моя крестница.

















