Бывшие. Спаси моего сына

Не может его жизнь так оборваться.

А если меня не станет, кто защитит Милу и Костю?!

Не может Фролов вот так победить.

Замечаю какое-то движение сзади Фролова. Перевожу взгляд с дула на него. Глаза Остапа наливаются кровью. В них мелькает недоумение.

Пистолет падает из его пальцев. Он охает.

За его спиной стоит Тая с окровавленным ножом. Она снова и снова вонзает нож с пину своего отца.

- Амир будет жить! Слышишь! Будет! – кричит. – А я не тупое бревно! Я человек! – ее трясет, глаза расширены, рот искривлен, из глаз потоком слезы.

- Тайка… дочь… Не верю! – Фролов покачивается, как в замедленной съемке оседает на пол и при этом расширенными глазами смотрит на дочь. – Как ты могла… мне в спину… предала…

Глава 67

- Амир прости! Папа… - Тая сжимает в руке окровавленный нож, смотрит на него. – Я не могла допустить… ты хотел убить Амира. Ты меня не любил… никогда, - мотает головой, кусает губы, так что на них выступают капли крови.

Фролов валяется на полу и хрипит.

- Тай, посмотри на меня, нам нужна помощь, - пытаюсь говорить спокойно, чтобы не спровоцировать ее. От нее в таком состоянии можно ждать чего угодно.

- Нужна, - поднимает голову, взгляд рассеянный, не может сфокусироваться на моем лице. – Тебя надо спрятать, чтобы нас не разлучили. Как можно дальше спрятать…

- Я ранен, Тай, я не доживу. Егор тоже, - не нравится мне ход ее мыслей. Еще неизвестно где Юра, что они с ним сделали. Времени мало.

Мужики замерли в растерянности. Их босса завалила дочь, они не понимают, что им делать.

Тая продолжает смотреть по сторонам. Растерянно. Будто теряет связь с реальностью.

Не понимаю, как до нее достучаться.

Про сына говорить бессмысленно, она Юрку никогда не любила, наоборот, ревновала ко мне. Сейчас он может сработать триггером.

- Парни откройте дверь. Вашему боссу нужна помощь. А про вас я договорюсь, - обращаюсь к громилам Фролова.

Они же за свою шкуру переживают. Должны среагировать.

Переглядываются между собой. Смотрят на корчащегося на полу Фролова. Он истекает кровью, стонет, что-то мычит.

Жив падлюка.

В дверь начинают барабанить. Тая поворачивается к мужикам."

"- Спрячьте Амира, - говорит им, все еще сжимая окровавленный нож в руке.

- Куда спрятать? – хмурится один из них.

- Надежно. Чтобы его никто не нашел, и мы с ним будем счастливы, - на губах глупейшая улыбка.

И наверное, именно в этот момент, один из прихвостней Фролова принимает правильное решение – быстро идет к двери и открывает ее.

В помещение вваливаются наши люди, полиция.

Егор уже без сознания. Я прошу, чтобы ему в первую очередь помощь оказали.

Едва меня развязывают, поднимаюсь на ноги, идти сложно, но я должен. Юрка – его надо спасти. Евсеев тот же… он дорог Милане, я не имею права разочаровать ее еще раз.

Столько всего надо сделать.

- Амир, ты же ранен.