Бывшие. Спаси моего сына

"

"- Что ты хотел? – интересуюсь, когда заходим и Амир закрывает дверь за собой.

- Извиниться. Тая она… в общем сложно с ней… - подбирает слова, заикается.

- Сложно? Ты это так называешь? – снова начинаю закипать. А ведь только немного отпускать начало.

- У нее всегда характер не сахар был, ты помнишь. Но после травмы, она совсем с катушек слетела, - опускает взгляд.

- Мне плевать на ее характер, Амир! Твой ребенок называет родную мать медузой Горгоной? По-твоему, это нормально? – не сдерживаюсь, выпаливаю.

Дергается, словно я его ударила. Отшатывается.

Бледнеет.

Глава 22

- Я не хотел, чтобы ты узнала, - шепчет тихо. – Юрка рассказал, да?

- Он еще мне и Свете обещал щиты от Горгоны достать, - качаю головой.

- Б… - зарывается руками в волосы. Смотрит на стену, молчит.

- Амир, это конечно твоя семья, я права не имею лезть, - стараюсь говорить спокойно, не показывая внутреннего хаоса и ненужных эмоций, - Но я как врач могу сказать, что попал Юра в больницу из-за неправильного лечения, недосмотра. Он от матери прячется под одеялом и защищается щитом, я понимаю, что идеальных семей не бывает.

Но пойми, ты его едва не потерял.

Стараюсь донести до него мысль, что надо о сыне подумать, обезопасить малыша.

Крики и обвинения не помогут. Они вызывают агрессию. А вот спокойный разговор порой очень действенное решение, чтобы достучаться.

- Пока не поздно, прими меры, если тебе сын дорог.

Амир поднимает на меня глаза, смотрит затравленно.

- Сын, все, что у меня есть, - отвечает глухо.

Проходит к креслу, садится и обхватывает голову руками.

- Не я Таю так обозвал. Я просто греческую мифологию ему читал, а он сам ее с Горгоной сопоставил.

Таю когда несет, она берегов не видит, и чтобы защитить сына, я ему зеркальце в виде щита подарил, сказал если им закрыться, то никакие злые слова и беды его не коснуться. Щит от всего защитит. И психологически это сработало, Юрка бояться перестал. Да и Тая с ним очень мало пересекается, я об этом позаботился. Но полностью оградить не получается…

- Почему она так с собственным ребенком? – спрашиваю тихо, обнимаю себя за плечи. Холодно становится от подобного разговора.

- Я много об этом думал, - вздыхает.

Сейчас он словно постарел на несколько лет, уже не выглядит уверенным, огромным, наоборот, уставшим, поникшим. – Ладно другие люди, но сын… У меня только один вариант, Тая не вынашивала Юру из-за травмы. Мы обратились к услугам суррогатной матери. Мне кажется, она не вынашивала, не рожала, и связи с ребенком не чувствует, - поднимает на меня затравленный взгляд, словно помощи ждет.

Но я не та, что будет помогать. Я могу вылечить ребенка, а дальше… дальше ему самому разгребать.