Бывшие. Спаси моего сына

Оглядываюсь по сторонам, моргаю, будто пробыла в чужом теле несколько часов, пока оперировала.

Понимаю, что-то со мной не так. Иначе себя чувствую. Внутренняя гармония нарушена. И это может сказаться на работе.

Вместо приятной усталости, после успешной операции, я ощущаю опустошение. И не из-за пациента. Из меня высасывают жизненную энергию.

Даю указания, еще раз убеждаюсь, что пациент стабилен. Иду мыться.

Уже утро. Надо закончить текущие дела и домой.

Не нравлюсь себе. Совсем.

Захожу в кабинет. Не успеваю даже в кресло сесть, как ко мне влетает Альбина Каримова, точнее теперь Фролова.

Если бы я встретила ее на улице – не узнала бы. Она сильно изменилась. Пластические хирурги сильно перекроили ее лицо. Вот только стервозный взгляд остался прежним.

Женщина заполняет кабинет своим удушливым парфюмом. Смоляные волосы спадают на плечи, высокие сапоги на шпильках, короткое черное платье и кремовый плащ.

Когда они оставят меня в покое?

- Чего вам, Альбина?

- Сука паршивая, отстань от моих мужчин! Мало тебе моего сына, так еще на мужа глаз положила! – шипит и плещется ядом.

- Забирайте своих мужчин и оставьте меня в покое, - у меня нет сил не пререкания с ней.

Единственно желание – пусть убирается.

Я слишком измотана.

- Немедленно выпиши моего внука!"

"- Юра еще слаб. Когда он окрепнет, я его выпишу.

- Не стой из себя великую врачиху. Мне известно, каким местом ты тут закрепилась! Похудела, рожу отшлифовала и давай себе очки зарабатывать! С нашей семьей твой номер не пройдет! Амира тебе не заполучить! А мой муж от тебя места мокрого не оставит. Выкинут тебя на улицу, прелести не помогут. Облегчи себе жизнь, немедленно выпиши моего внука! Тогда, возможно, заслужишь мою снисходительность.

- Снисходительность? Твою? – несмотря на усталость смеюсь ей в лицо. – У меня забот хватает, чтобы слушать бредни неадекватной женщины. Угрозы свои оставь для тех, на кого они действуют. А я сейчас вызову охрану, и тебя под белы рученьки вынесут из клиники. На этом разговор окончен.

- Так да? – щурится. – Думаешь, самая умная? Сейчас крылышки тебе обломаю!

Быстрым движением достает из сумочки скальпель и вонзает его себе в бок. Резко поддается ко мне, хватая за руку.

Затем падает на пол.

- Ааа… убивают! – орет.

- Альбина, вы в своем уме? – вначале ступор.

Усталость дает о себе знать, потом непонимание. Врач во мне снова спит, как с Фроловым. В другой ситуации, я бы кинулась ей помогать, проверять, не задеты ли органы.

А тут не могу.

Надо вызвать коллег. Пусть ее осмотрят.

- Что, сука, не ожидала, да? – говорит очень тихо. – Теперь не отмажешься. Не трогай, не подходи! Ааа… мне страшно! – снова повышает голос до крика.

В кабинет вбегает мой коллега хирург Дмитрий.

- Милана Алексеевна, что у вас тут? – замирает, уставившись на женщину.