Бывшие. Уже не вернуть

Заметив мои колебания, мужчина спокойно уточняет:

– Предпочитаешь ездить впереди?

– По правде говоря, нет, – отвечаю я, стягивая с плеч пиджак и возвращая хозяину. – Знаете, я только сейчас поняла, что мы не представились друг другу.

В свете фонарного столба мужское лицо кажется строгим и отрешенным. А еще необъяснимо притягательным какой-то дикой, холодной, первобытной красотой. Его сомкнутые чувственные губы твердо произносят:

Глава 3

– Нил.

Он… что сказал?

Видимо, у меня очень потрясенный вид. Поэтому мужчина уточняет:

– Это мое имя.

Я недоверчиво прищуриваюсь. Серьезно?! Нил?!

Когда он слышит в ответ мое, вдруг так очаровательно улыбается, что за ребрами нечто неизведанное дрожит и плавно обволакивает теплом изнутри."

"– А твое очень красивое, – тонко замечает он. – Громкое. Звучное. И редкое.

– Редкое? – выпаливаю я в порыве веселья. – И это мне говорит человек, которого зовут Нил? – подозрительно уточняю я, наигранно хмуря брови.

– Мои родители оказались жуткими оригиналами, – слегка вздыхает мой новый знакомый.

– Тебе оно не нравится? – любопытствую я, наконец-то занимая предложенное мне место.

– Поверь, я разбил не один десяток носов в школе, чтобы никто не смог придумывать к нему неприятные рифмы, – ухмыляется Нил.

– Спешу тебя расстроить, открыв простую истину. К любому имени можно придумать дразнилку.

– Ну-ну, – смеется Нил, падая на водительское сидение, и обжигает властным взглядом. – Давай-ка попробуй! – предлагает он в пол-оборота. – Есть имена, к которым буквально просится всякая гадость, как мое, например. А есть…

– Что?

Я подаюсь вперед, к нему поближе. Не свожу с него заинтересованного взора.

– Твое, к примеру. Когда на ум приходит… – он замолкает, нарочно держит меня в напряжении.

– Что? – снова нетерпеливо уточняю я. Одаривая мужчину новой улыбкой.

– Аринка-картинка. Аринка-мандаринка, Аришка-трусишка, хвастунишка, торопыжка, – подшучивает он наигранно серьёзный тоном, выглядит при этом жутко по-деловому и… интригующе. Налет высокомерия, скуки и грубости растворился совершенно! Передо мной другой человек! С озорными тёплыми чернющими глазами, в глубине которых затаились золотистые смешливые искорки.

– Что это ты так расщедрился?

– В каком плане?

– Балуешь меня комплиментами. А я к хорошему быстро привыкаю.

Он не отвечает, но в зеркале заднего вида я успеваю углядеть кривоватую ухмылку на его суровом лице.

– С кем ты приехала, Арина? – Нил пристально разглядывает меня, не поворачивая головы, а значит, я могу украдкой наблюдать за ним и дальше.

– С парнем.

Неожиданное молчание накрывает легкую непринужденную атмосферу в салоне. Нил даже вновь бросает короткий недоверчивый взгляд в зеркало.