Бывший муж. Я к тебе не вернусь

НИКТО!

Кроме того, чего я не ожидаю услышать…

Когда приближаюсь к машине отца достаточно близко, чтобы понять — его стекло открыто, и на адреналине я слышу их с мамой разговор.

— …Ян… — мама шепчет и тихо всхлипывает, но он ее перебивает тихим смешком.

— Не надо, Полина. Я все знаю. И ты права. Я знаю, что ты права.

— Мне так жаль.

— Мне тоже.

— Они обязательно остынут! Я знаю…Егор…он хороший мальчик, и он тебя любит, но…

— Но сейчас не время. Ему нужно остыть, я это знаю. Ничего мне не объясняй. Ты у меня мама-львица…

Мама тихо всхлипывает. Ко мне сзади подходит Тим, и мы оба смотрим на родителей. Папа проводит по маминой щеке пальцами и слабо улыбается.

— Это ничего не меняет. Мы расстаемся сейчас, но я никуда не деваюсь.

— Заведешь себя кого-нибудь?…

— Дурочка… — хрипло усмехается, а потом приближается и целует ее в губы легко, — Я ждать тебя буду. И наших парней. Сейчас…ты права, что сейчас не время. Им нужно думать об учебе, а тебе спокойно доносить нашего малыша. Я буду в стороне.

— Ян…

— Чшшш…все вали на меня, помнишь? Все вали на меня…

— Но это несправедливо. В кризисе виноваты оба, и…

— Ты сама знаешь, что сейчас о справедливости мы не имеем права думать. Ты знаешь, Поля. Ты поэтому здесь…

Мама еще раз всхлипывает, потом слегка кивает и тянется к нему за поцелуем.

— Они обязательно остынут, — шепчет она, — Все наладится. Но да…прости меня, я должна о них подумать.

— Не извиняйся. Это мой косяк, а значит, и последствия тоже мои. Будем снова взрослыми, мы заигрались. Я заигрался. Пора снова становиться взрослыми и защитить наших парней от угрозы. Даже если это я.

— Мне правда жаль."

"— Не надо, — повторяет он, слегка задевает носом мамин и улыбается, — У нас еще будет время. Я клянусь тебе, что буду ждать нашей новой встречи, но не сделаю к тебе шага. То, о чем ты просишь — это правильно, и я подчиняюсь. Настанет время, когда мальчики успокоятся и дадут мне возможность объясниться. А потом настанет и наше с тобой время. Но знай, любимая, что каждый раз, когда я буду с тобой здороваться, я буду говорить о том, как сильно тебя люблю.

Мама опять всхлипывает и кивает пару раз.

— А когда я отвечу тебе, я скажу, что я тоже.

Позади раздается громкий всхлип, и мы резко поворачиваемся. Вита вытирает глаза платочком и отмахивается.

— Боже, это просто идеально для какой-нибудь мелодрамы!

Блядь.

Медленно поворачиваюсь на родителей, которые, конечно, тоже все слышали.

Нас спалили.

На будущее: если в разведку позовут, никакой, блин, Виты!

Закатываю глаза и складываю руки на груди, пристально глядя на отца. Я не могу сказать, что остался равнодушным к их разговору, но все еще не позволяю теплоте слишком сильно затопить мое сердце.

Хотя оно все равно поддается.

Все-таки поддается.