Бывший. Путь обратно (СИ)

— Таня, давай, приходи в себя… — я положил соседку на диван и легонько похлопал по щекам. Девушка что-то бессвязно пробормотала и застонала. Чёрт, чёрт! Я вытащил телефон из заднего кармана джинсов. — Потерпи, я сейчас скорую вызову.

— Анечка… — соседка очнулась и попыталась сесть, но снова обессиленно упала на подушку. — Дочка…. Дай её мне…

Дочка? И как ответ на её бессвязный шёпот из детской кроватки, стоящей рядом с диваном, послышалось кряхтение и звуки, похожие на мяуканье кошки. Я заглянул вовнутрь. крошечный, явно новорождённый ребёнок дрыгнул ножками и, морща красное от натуги личико, разразился плачем. Твою ж мать!

Осторожно, боясь сломать, вытащил верещащий комочек и детской кроватки и положил рядом с Таней на диван. Обе сразу затихли, а я набрал номер экстренной помощи.

Данные соседки приходилось переспрашивать по два раза, Таня смутно понимала происходящее и, кажется, бредила. Я нервно метался по комнате, на ходу открывая окна, рассматривая бардак, набирая в стакан воду, чтобы напоить девчонку. Почему она совсем одна после родов? Где её муж, близкие родственники? Как она могла очутиться в таком положении? Куда, блять, папаша ребёнка смотрел?

Скорая приехала буквально через пятнадцать минут. Я с облегчением выдохнул, открыв по домофону подъезд. Услышав шум подъехавшего лифта, распахнул дверь в квартиру и замер, не веря своим глазам. Катя???

Глава 8

Ни единого проблеска удивления и узнавания на лице. Прошагала мимо меня, как мимо верстового столба, прямиком в комнату, профессионально определив место, где находится больной.

А я с жадностью рассматривал Катю, отмечая все изменения. Отрезала косу, похудела, повзрослела. Больше не отчаянная, безрассудно смелая девчонка с насмешливой улыбкой и дерзкими бесятами в глазах.

Спокойная, сосредоточенная, серьёзная. Каждое движение выверено, никакой суеты, ни лишнего слова. Выслушав указания врача, осматривающего Таню, ловко распечатала шприц, отломила головку ампулы и набрала препарат. Одним движением загнала иглу в вену.

Я отвечал на вопросы доктора, но особой информации у меня не было, только то, что успел узнать у самой Тани. Девчонка иногда выплывала из своего беспамятства, обводила всех непонимающим, мутным взглядом и шептала запечёнными губами имя дочери.

Малышку я снова переложил в детскую кроватку, и она тихо кряхтела там и мяукала. подругому назвать звуки, которые она издавала, я не мог.

— Срочная госпитализация! — врач захлопнул папку и резко поднялся на ноги. — Муж, донести до машины сможете?

Я даже не сразу понял, к кому он обращается. Я муж?

— В простыню заверните, не нужно её переодевать, времени нет. Она в критическом состоянии, каждая минута на счету. — распорядился доктор.