Черная полоса везения

– Удачи, и не задерживайся допоздна, тебя же вобла дома ждет, наверное…

Павел молча вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. А я разрыдалась, слава богу, что Павел этого уже не видел. Я вытерла слезы и огляделась: моя комната, я к ней так привыкла, на подоконнике компьютер, в углу электрическая плита, шкаф у входа. На шкафу какие-то бумаги. Я поднялась на носочки и стянула вниз прозрачный файл с собственной родословной. Генеалогическое древо, последний подарок Павла. Я безразлично сунула файл в сумку и застегнула молнию. Потом снова взглянула на компьютер: если я его возьму с собой, то буду всегда, каждую минуту вспоминать Пашу. А так и с ума сойти не долго. Я подошла к окну, включила компьютер и бережно его погладила кончиками пальцев. Потом перенесла всю информацию на флешку, села за компьютер и написала: «Прощай, Павел. Ты дурак, потому что потерял женщину, которая любила тебя, а не твои деньги».

Затем я выключила компьютер, положила его в сумку и вытащила на улицу. Стояла глубокая ночь, но я все равно огляделась. Никого. Тогда я взяла в руку кирпич и принялась что есть силы долбить по монитору. Разделавшись с экраном, я принялась за системный блок. Я била до изнеможения, до боли в спине, и остановилась, только окончательно запыхавшись.

– Все! – Я вытерла пот, струящийся по лицу. – Его больше нет.

Потом я спокойно зашла в подъезд и навсегда закрыла дверь за своим прошлым.

12 сентября

Завтра у матери день рождения, я отпросилась на работе на три дня и сегодня улетала в Варшаву. Рана на сердце до сих пор кровоточила, я во всех встречных мужчинах видела Павла, он мне постоянно снился. Я знала, что скоро это пройдет, что время все лечит, но радостнее не становилось. Надо как-то жить, улыбаться, строить планы на будущее. Единственное, чему я научилась за последние тридцать с лишним лет, – это не надеяться вернуть прошлое, как бы ни хотелось. Потому что, увы, сказок в жизни не бывает.

На этот раз в аэропорту Варшавы меня встретил Вадим вместе с мамой. Мать была бледная, она то и дело держалась за сердце, да и Вадим смахивал на живой труп.

– Что у вас происходит? – Я поежилась, посмотрев на родственников. – Болеете, что ли?

– Неприятности на работе. – Вадим грустно улыбнулся. – Меня уволили, теперь не могу найти работу. Перебиваемся с копейки на копейку.

Я вздохнула: ну вот, хотела сбежать от своих проблем, а здесь меня еще больше нагрузят, по самую макушку.

Такси мы не взяли, снова отправились на остановку дожидаться автобус. Когда за окошками замелькало кладбище, я поежилась – действительно, если каждый день все это видеть из окна, недолго и сдвинуться. Немудрено, что Радик съехал на нервной почве, а Вадим еще удивляется."

"– Может, вам переехать в другой район? – осторожно предложила я маме.