Черная полоса везения

– Ты же сама меня об этом просила! – Быков нахмурился, но потом внезапно рассмеялся. – Ты, главное, не придавай этому большое значение.

Мужчина вытащил из пакета бутылку вина и конфеты.

– Садись, выпьем! – Быков махнул мне рукой. – За твое шоу, у тебя восьмое место в рейтинге канала, а это успех.

– Я не пью, – я продолжала стоять в углу комнаты, – и вообще, наверное, мне лучше подыскать себе гостиницу, пока я не найду квартиру.

– Значит, точно «нет»? – Быков нахмурился.

– Я встречаюсь с Мишей! – Я сделала ударение на последнем слове."

"– Ну, и встречайся себе на здоровье! – Быков разозлился. – Я и не претендую на твое сердце, но перепихнуться-то пару раз мы можем? В знак благодарности, так сказать?!

Я отрицательно кивнула головой и сцепила пальцы до хруста.

– Я не проститутка.

– Ну да, конечно, – Быков заорал так громко, что я испугалась, – а то, что ты творила в реалити-шоу «Сотвори себя заново!»? Ты считаешь, что так должна себя вести приличная женщина?

Быков подошел ко мне вплотную.

– Я не пойму, чего ты ломаешься? – Мужчина положил руку мне на бедро. – Нужны деньги? Скажи сколько, я заплачу!

Я резко оттолкнула от себя Быкова.

– Я не могу вам всего рассказать, но то, что вы видели на шоу, не имеет ко мне никакого отношения!

– Ну да, – Быков подошел к дивану и сел, – а с Мишей ты спишь по большой любви. Как называется та женщина, которая спит со своим продюсером? Верная жена? Дура ты, Лиза, вот что я тебе скажу!

Быков вздохнул, поднялся с дивана и пошел к двери.

– Дура! А квартира не моя, это квартира канала, я просто здесь пару раз встречался с бабами. Так что живи. Прощай!

И он ушел.

Я опустилась на пол, ноги меня больше не держали. Слез тоже не было, хотя я чувствовала себя самой продажной женщиной на свете. Ведь Быков прав – Мишу я не любила.

– Зато он мне нравится! – пробормотала я, поднимаясь на ноги. – Я Мишу уважаю, а он меня любит!

1 июля

Миша гладил меня по голому животу и задумчиво курил прямо в постели. Я этого терпеть не могла и едва сдерживала себя, чтобы не треснуть пепельницей мужчине по голове.

– А знаешь… – Миша философствовал. Он лежал на боку, огромный живот свисал на простыню, словно куль с мукой, и казался отдельным живым существом. Он дрожал и вибрировал. Меня передернуло, я отвела взгляд. – Как ты считаешь?

– Что? – Я была так поглощена созерцанием Мишиного живота, что, видимо, пропустила какой-то вопрос.

– Ты меня не слушаешь? – Миша насупился.

– Слушаю. – Я старалась сдержать вздох.

– Ну, и что ты тогда думаешь по этому поводу?

– Я думаю, что ты прав, – наугад ответила я и накинула халат. – Нам, наверное, пора?

– Да, – Миша даже не пошевелился, – знаешь, ко мне тут Быков подходил, говорит, ты с ним заигрывала.