Да, Босс!

Выглядела она всё так же великолепно, привлекая к себе взгляды едва ли не всех мужчин в кафе.

— Присядем? — указала она на столик, и я кивнула, не в силах выдавить из себя ни звука.

Самым верным было занять позицию наблюдателя, что я и сделала, устроившись напротив Вероники и принимаясь листать меню, поданное официантом. Я чувствовала на себе пристальный взгляд, но усиленно делала вид, что занята выбором блюд. Продиктовав официанту заказ, я всё же посмотрела на Веронику, ожидая того, что она собиралась мне сказать.

— Адам не знает о том, что ты здесь? — задала она вопрос, и в голосе её мелькнула тревога.

— Пока нет. Но я не стану от него ничего скрывать.

— Хорошо. Ты сама потом решишь, стоит ли ему рассказывать или нет.

Я сдержала порыв сообщить, что от Адама секретов у меня нет, пожала плечами, как будто соглашалась с Вероникой, и посмотрела на неё выжидающе.

— Я не зря заговорила с тобой о том, помнишь ли ты нашу последнюю беседу. Мы говорили о конкурентах Адама.

— Да.

— Ты не замечала ничего необычного за последние дни? Может, показалось, что Адам что-то от тебя скрывает?

— Эм… Каким образом это относится к делу?

— Ты знаешь компанию «Фогель-трейд»?

— Конечно, знаю. Ещё один мастодонт на ниве парфюмерного бизнеса.

— Да.

Она взяла паузу, задумчиво помешивая латте, принесённый официантом. А я гадала, что могло понадобиться Веронике от меня и зачем она задавала мне все эти вопросы.

— Та разработка, которой занимается Адам, на самом деле является идеей Райнера Фогеля, — наконец проговорила Вероника, глядя на меня поверх чашки, из которой отпила мгновением позже.

— Как может разработка Адама быть идеей другого человека?

— Я не совсем верно выразилась. Идея создать аромат, который станет инновацией в мире парфюмерии, изначально принадлежала Фогелю.

— Это глупость. Ну и что, что принадлежала? Это же бизнес. Здесь всегда у кого-то возникают мысли создать что-то инновационное.

— Это не глупости, Ева. В деле, где замешаны огромные деньги, нет места глупостям.

— Что ты имеешь ввиду?

— Что Адам в опасности.

— Тогда я прямо сейчас позвоню ему и всё расскажу.

— Нет.

— Что значит, нет?

Я смотрела на Веронику удивлённо, не понимая, к чему она клонит. Зачем нужно было назначать мне встречу, рассказывать всё это, чтобы после сказать, что Адаму знать ни о чём не нужно?"

"— Адам не отступит. Если ты считаешь иначе — ты плохо его знаешь.

Она подалась ко мне через столик, положила прохладную ладонь поверх моей, лежащей на столике, и по выражению её лица было видно, что Вероника действительно переживает из-за того, что с Адамом могло случиться что-то плохое. А я действительно понимала, что он не отступит. «Грей Маус» значил для него слишком многое, чтобы Левандовский отказался от этого проекта.