Да, Босс!

А потом сделал совсем неожиданное — провел по плечам вниз, заключая ее холодные руки в свои и подержал несколько мгновений, пытаясь согреть.

— Вы совсем замерзли, — сказал почему-то тихо, и от того, насколько интимным получилось это прикосновение и этот шепот — мгновенно отпрянул, удивляясь сам себе. — Отогревайтесь, — кинул он, прежде, чем скрыться в своём кабинете. — Вы мне нужны здоровой.

Выглянув из кабинета через полчаса, Левандовский обнаружил, что его секретарша выглядит уже гораздо лучше, если не считать так и оставшегося на голове раритетного берета. Может, это у нее семейная реликвия, передающаяся из поколения в поколение, которую надевают по особым случаям? Как бы там ни было, он был совсем не против того, чтобы она никогда не снимала этот предсмертный писк моды, как и свой пиджак, способный начисто скрыть все, чего он знать не хотел.

— Принесите мне кофе. Чёрный, с двумя кусочками сахара, — приказал Адам, перед тем, как снова исчезнуть в кабинете, — и пока обойдемся без минета.

Выпив первую чашку кофе, Адам задумчиво барабанил пальцами по столу, размышляя о том, стоит ли пожертвовать сегодняшний день на дрессировку новой помощницы, и в конце концов решил, что стоит. Он сразу обозначит ей то, в каком стрессовом режиме придется работать в дальнейшем, и вместе с тем не даст свободного времени на доклады Нике насчёт того, что происходит у него в офисе. Двух зайцев — одним выстрелом."

"Через десять минут он попросил у Евы ещё одну чашку кофе. Затем ещё. И ещё. И так каждые пять минут в течение часа. И каждый раз, как она входила в кабинет, кидая на него взгляд, в котором ясно читалось «и как вы не обоссались ещё, Адам Данилович?», только мило улыбался и благодарил, незаметно сливая принесенное ему пойло в мусорное ведро.

Покончив с последней чашкой, Адам выждал две минуты и нажал кнопку селектора.

— Ева, зайдите, пожалуйста.

Когда она явилась в кабинет, все в том же берете и с блокнотом в руках, сосредоточенно сжимая пальцами ручку, он поднял брови:

— Слушаю вас. Вы что-то хотели?

Она непонимающе моргнула, но, довольно быстро очнувшись, сказала:

— Это вы хотели.

— Да? Не припоминаю. Я позову вас, если вы понадобитесь. Можете идти.

Через десять минут он вызвал ее снова.

— Да, Адам Данилович, — произнесла она, серьезно глядя на него.

— А я что-то спрашивал? — полюбопытствовал он удивлённо.

— Нет. Но вы вызывали…

— Я передумал, — улыбнулся он и опустил ее.

В следующий раз он вызвал ее спустя семь минут.

Она вошла молча, но все ещё держа в руках блокнот, а на голове — берет. Пожалуй, он готов был вызывать ее бесконечное число раз, только чтобы посмотреть на это чудо столетней выдержки.

— Да, Ева?

— Вы звали?

— Нет.

Она вышла также молча, а он, подождав ещё три минуты, снова позвал ее к себе.