Да, Босс!

Это первое. Второе — вы считаете, что мне нужен какой-то вшивый документ и энная сумма денег, прописанная в нем, для того, чтобы трахнуть женщину. И третье — вы еще не все попробовали, но это только «пока». Потому что, как можно сделать вывод из сказанного вами, рассчитываете, что такой извращенец, как я, охотно восполнит пробелы вашего сексуального образования за свои же деньги. — После перечисления каждого пункта Левандовский приближался к Еве на один шаг, все больше тесня ее к стене.

— Как я уже говорил, Ева, я человек щедрый, но с крайне дурным характером, но вы этого, кажется, так и не поняли. Что ж, я продемонстрирую вам наглядно и то, и другое. — Адам сделал ещё один шаг вперёд, впечатывая ее своим телом в стену. — Итак, правило потребителя номер один — не стоит брать товар, не попробовав его, если имеется такая возможность. Думаю, и для вас, и для меня, весьма актуальна в нашей ситуации предварительная дегустация, как вы считаете? — Он молниеносно поднял руку и, схватив волосы Евы в горсть, дернул, заставляя ее запрокинуть голову. — Вы говорили, что вам так нравится. Чтобы волосы — на кулак и… — Адам отступил, резко потянул ее на себя, и, развернув спиной, толкнул на подлокотник дивана, заставляя упереться руками в подушки. — Любите позу сзади, Ева? — вкрадчивым тоном спросил он, одним быстрым движением задирая на ней юбку. — А как вам нравится, чтобы вас брали? Быстро? Медленно? Грубо? Ласково? — Его рука пробралась ей между бедер, понуждая широко раздвинуть ноги. Он рванул вниз тонкие колготки и бельё, и без лишних предисловий стиснул обнажившийся лобок. — Как вы любите, чтобы вас ласкали, Ева? — Адам нарочито-медленно провел указательным пальцем по всей промежности, и мягко, неторопливо обвел подушечкой клитор. — Так? — хрипло спросил он. — Или так? — добавил, грубо нажимая на чувствительное место и начиная интенсивно его тереть. — Что вас возбуждает больше? — Он ласкал ее, попеременно меняя темп, пока не ощутил, что Ева стала мокрой. Его средний палец скользнул к влагалищу, медленно вошел и вышел. Член стоял, дойдя до возбуждения на грани боли. Адаму мучительно хотелось потереться им о ягодицы Евы, а ещё лучше — развернуть ее к себе лицом и трахнуть в рот. В тот самый рот, который говорил, что ему нужен для этого контракт. Черта с два!

Он добавил к первому пальцу второй, сменив дразнящие, неторопливые движения на резкие и порывистые. Входил в нее до упора раз за разом и все сильнее чувствовал, как внутри разгорается пожар от обжигающего ощущения влаги, текущей по его руке.

Он мог бы взять ее прямо сейчас. Для этого достаточно было просто расстегнуть брюки и вставить член на всю глубину туда, где сейчас были его пальцы.