Мое падение

Ей кажется?! Если б она не была женой брата Дана, я бы подумала, что она ревнует.

— А мне кажется, что у тебя, — указываю на нее вилкой, — очень маленькая грудь, и это платье подчеркивает все недостатки твоей фигуры. А еще, слишком длинный язык, и вообще нет мозгов, раз ты делаешь такие предположения. Но я же не высказывала до этого свое мнение. Так почему бы тебе не засунуть куда-подальше свои предположения, — О, черт, я на самом деле это сказала? Но меня тоже можно понять. Эта сука намекнула мне, что я недостаточно хороша для Дана. Я смотрю ей в глаза и вижу, как ее надменный взгляд меняется на недоумевающий и оскорбленный. Дан громко усмехается. Я сжимаю его ногу. Ладно я, ляпнула, не подумав, но зачем он демонстративно смеется? Это, все-таки, его семья. Наступает полная тишина. Все ведут себя так, как будто ничего не случилось. Слышен только звон приборов. А я опять переключаюсь на вино, проклиная про себя свой длинный язык. Дан наклоняется к моему уху.

— Расслабься, я еще ни на минуту не пожалел, что выбрал на эту роль тебя. Все отлично, — шепчет он мне, слега касаясь губами моего уха, от чего мое тело пронзает дрожь. Дан это замечает, кладет руку мне на колено, медленно ведет вверх. Легонько бью его шаловливую руку. Наклоняюсь к его уху.

— Ты переигрываешь, — шепчу ему. Дан улыбается мне довольно искренне, слегка сжимает мою ногу, но убирает руку. Александр пытается разрядить атмосферу за столом, спрашивает Дана о работе. Лидия Николаевна заводит разговор с Кристиной о какой-то соседке. Только мы со Станиславом остаемся не удел. От скуки я ковыряю в тарелке, рассматривая брата Дана. В какой-то момент я понимаю, почему мне не нравится его взгляд. Он плохо видит. У него проблемы со зрением. И левый глаз немного затуманен.

— Папа, может, мы поговорим в твоем кабинете? — предлагает Дан.

— Да, конечно, — соглашается отец. О, нет. Он что, собирается оставить меня наедине с этой сворой? Поворачиваюсь к Дану, смотрю на него умоляющими глазами. Но Дан опять включает покер-фейс, поднимается со стула, и удаляется с отцом в кабинет. Мне срочно надо покурить и перевести дух. Спрашиваю у Лидии Николаевны, где находится туалет, и тоже незамедлительно удаляюсь. Благо туалет находится недалеко от входной двери. Забираю из сумки сигареты, выхожу на улицу, и дышать становится легче. Надеюсь, наш так называемый «семейный ужин» подходит к концу. Теперь я понимаю, почему Дан не общается с родными. Но ведь должна же быть причина такого поведения? Не может быть, что они всегда себя так ведут. И эта сучка Кристина явно не просто ехидничала.

Входная дверь открывается и ко мне выходят Дан с отцом. Я не знаю, деть сигарету, кручу ее в руках, намереваясь выкинуть в кусты.

— Кури, Ксюша, я не возражаю, — останавливает меня Александр.