Давайте разведемся, Ваша Светлость! (СИ)

Для слуги, который безгранично уважал и дорожил своим господином, секретарь герцога был довольно предвзят, но покорно молчал, понимая, что не смеет вмешиваться в разборки супругов и критиковать девушку, которую третировали долгие три года в собственном доме. Подумав, мужчина нехотя признавал, что герцогиня имеет право злиться, но все же надеялся, что вскоре она заметит искреннее раскаяние своего супруга и смилуется. Быть может, в таком случае Его Светлость вновь будет походить на себя прежнего, а ему, Жаку, наконец, удастся поспать больше трех часов в сутки.

Однако, смотря сейчас на герцога, секретарь с тревогой спросил:

– Милорд, когда вы спали в последний раз? – уточнил Жак, прекрасно зная хроническую болезнь герцога, которая досталась ему вместе с титулом. Из-за своей занятости герцог взял в привычку спать максимум пять часов в сутки и плохо питаться, что выливалось в хроническую мигрень и бессонницу, от которой герцог спасался обезболивающими. И сколько Жак не молил своего хозяина отдохнуть, не брать на себя столько обязанностей, тот не слушал.

"

"Сейчас же, несмотря на то, что герцог временно сложил с себя несколько обязанностей и чаще выходил из кабинета, выглядел тот еще хуже, чем прежде. Ситуация внутри семьи и предательство матери сильно подкосила мужчину. Но Жак не мог отделаться от мысли, что такой человек, как Сиэль Клоше, слишком остро реагирует на ситуацию, связанную с браком по расчету. Да, герцог в некоторой степени виноват перед Ее Светлостью, но даже так действует совершенно несвойственно своему поведению и характеру ради женщины, с которой их связывает навязанный брак.

– Это сейчас неважно, – отмахнулся герцог, роясь в ящике своего стола, чтобы выпить настойку от головной боли, которая давно перестала действовать. – Что важнее, мне удалось договориться с Его Императорским Величеством, – тяжело выдохнул мужчина и откинулся в своем кресле, устало прикрыв глаза и пережидая очередной приступ мигрени.

– Это же замечательная новость! – попытался улыбнуться Жак, но по напряженной позе герцога заподозрил неладное.

– Так… что же император потребовал взамен на «Розовый закат»? – робко уточнил Жак, едва не поперхнувшись на названии практически государственного сокровища в виде комплекта из серег и колье с чистейшими розовыми бриллиантами самого редкого оттенка, который напоминал малиновый. Сами по себе камни были редкими и дорогими. Настолько, что по всей империи украшений из них не насчитается и двух десятков, семь из которых хранятся в сокровищнице императора.