Десантник на престоле

— Убедили, — усмехнулся Синельников. — Кстати, что будет делать с……

Спустя два месяца Голицын, Казнаков и Синельников представляли Александру пятилетний план развития транспортной и индустриальной инфраструктуры Сибири и Тихоокеанских владений.

Глава 11

3 марта 1880 года. Железная дорога

Где-то на просторах Южной Африки

Андрей Васильевич Киселев дремал в своем купе. Обычный рязанский парень — выходец из простых крестьян сделал совершенно нешуточную карьеру к своим двадцати годам. Приходская школа. Начальная школа. Кадетский корпус. Начальное военное училище.

И вот, он, юный поручик, едет в форт А-28 Южного генерал-губернаторства Российской Империи для прохождения службы. Не самый спокойный участок, но он был даже рад этому, ибо его молодые амбиции так и играли, а тут наконец-то серьезное дело.

— Что, — усмехнулся старый, седовласый попутчик, — не терпится завоевать мир?

— Это так заметно? — По-доброму улыбнулся Андрей Васильевич.

— Конечно! — Попутчик пригладил рукой седые волосы и, посмотрев с отеческой добротой на молодого офицера, произнес. — Я-то тут уже десятый год воюю. Много раз предлагали по выслуге перевести в спокойные регионы, но я отказывался.

Не могу. Приезжаю к себе под Смоленск в отпуск и от тоски вою. Нет там дела для меня — старого солдата. А тут — война. Настоящая война. Только здесь я чувствую себя по настоящему живым. И не берите в голову то, что пишут всякие газетенки. Стыдно им честно освещать события. Вот и юлят как голодные дворняжки перед хозяином с косточкой. Тут война. Эти пытаются убить нас, мы — их. Да еще и между собой как бешеная свора сцепились. И ненависть… дикая ненависть висит в воздухе. Становясь с каждым годом сильнее, от обильно проливаемой крови.

— Ненависть? — Удивился Андрей. — Но почему? Что мы им такое сделали?

— Что? — Расплылся Петр Сергеевич. — Мы пришли на их землю. Назвали ее своей и установили наши законы. Мы оккупанты, сынок. За что нас любить этим чернокожим?

— Но ведь мы несем им медицину, образование и прочие плоды цивилизации!

— Они им не нужны. Наши враги — дети природы. Им и так хорошо."

"— И что же… — Смутился Киселев. — Почему?

— Они такими родились. Ты ведь не спрашиваешь, почему курица клюет зерно, а кошка ловит мышей? Боюсь, что эти чернокожие люди довольны своей жизнью.

А их мир слишком мал, чтобы делиться им с кем-то. Вот они и борются за свои идеалы, а мы — за свои. Да еще и между собой у местных единства нет. Сначала тутси режут хуту, потом хуту режут тутси. А потом они вместе ходят за удачей к бушменам. И везде, куда бы кто ни пошел, за ним остаются трупы и кровь.

— И кто берет вверх?

— Тот, у кого лом крепче. — Усмехнулся Петр Сергеевич. — Потому я тут и остаюсь.