Десантник на престоле

— Вы столь не высокого мнения о гвардейских чинах? Это же элита русской армии!

— Есть мнение, дорогой Алексей Ираклиевич, — Александр решил немного поиграть «вождя народов», — что элита русской армии брала Баязет и Карс, била англичан на Дальнем Востоке и турок на Балканах, а не терпела позорное поражение на Черной речке и уж тем более не торговала военным провиантом с противником под Севастополем.

— Александр, ваше императорское высочество, давайте не будем делать поспешных выводов? Мы не владеем полным пониманием происходящего в те дни в Тавриде.

— «По делам их узнаете», вам не знакома эта фраза? — Саша знаменитую улыбку Иосифа Виссарионовича с хитрым прищуром, — впрочем, даже закрывая глаза на подобные нюансы нашей нынешней армии, можно сказать с уверенностью о том, что генералы вновь стали готовиться к прошедшей войне.

Иначе бы этого разговора не состоялось.

— Мир не идеален и никогда таковым не станет. Смиритесь с тем, что в нем вам придется жить.

— Действительно. Не будем более говорить о печальных вещах, — Саша махнул рукой и размашисто уселся на диван, практически рухнув туда. — Александр Павлович вам уже рассказывал о проблемах заказа второй партии винтовок?

Беседа шла еще довольно долго.

Алексей Ираклиевич не шутил и не блефовал — главное артиллерийское управление (ГАУ) действительно очень заинтересовалось оружейными разработками, которые велись в Москве под опекой великого князя и, как говорится, «держало руку на пульсе». Нужно заметить, что в те времена именно ГАУ определяло очень многие вопросы касательно вооружения армии. Не только артиллерийские и стрелковые, но даже те, что касались холодного оружия. Фактически на откуп артиллеристам были отданы все вопросы вооружения сухопутных армий, а также значительный спектр вопросов по оснащению береговых позиций и кораблей вооружением и техническими средствами по очень простой причине — эти ребята в те времена были одними из самых образованных и технически подкованных специалистов в армии. Военно-инженерная школа только развивалась и не играла серьезной роли. А в пехоте и кавалерии господствовал дух Жомини, в самой худшей его форме. Совмещаясь с совершенно отвратительным уровнем образования командного состава, особенно в области технических или, как в то время говорили, реальных дисциплин. Звучит несколько забавно в контексте современных значений, но с практической точки зрения техническое образование было действительно реальное, так как боевым офицерам изучение латыни, французского и танцев выходило как кобыле пятая нога. Но подобные выводы возможны лишь сейчас, когда наш мир стал достаточно циничным и прагматичным, для осознания подобных вещей, ибо тогда все это считалось нормальным и правильным.