Десантник на престоле

Преступления, совершенные против подданных Российской Империи на территории Японии преследуются по Российским законам.

Статья 2.Отныне острова большой и малой Курильских гряд, а также Карафуто (Сахалин) и Цусима становятся полной собственностью Российской Империи без каких-либо ограничений и оговорок.

Статья 3.Японское правительство открывает для русских судов города Симода, Хакодате, Нагасаки, Канагава, Нииагата, Хёго, Эдо и Осака. Помимо торговли, подданным Российской Империи разрешает приобретать землю на территории указанных городов и рядом с ними, где организовывать фактории, консульства, поселения и любое, необходимое производство.

Статья 4.Для защиты интересов подданных Российской Империи при каждом консульстве разрешается содержать отряд охранения числом до двухсот солдат и офицеров."

"Впрочем, помимо договора было сделано и два других шага. Во-первых, сегун, все-таки выплатил пятьдесят тысяч фунтов стерлингов серебром, в качестве компенсации за военные издержки. Он был очень обязан великому князю. Как-никак, а беспокойное княжество оказалось совершенно разгромлено буквально за несколько дней.

Что вывело его из политической игры, по меньшей мере, на несколько лет. Во-вторых, княжество Сацума, под давлением сегуна, в качестве погашения своего долга перед Сашей, отказалось в пользу великого князя от сюзеренитета над Рюкю. То есть, Его Императорское Высочество великий князь Александр Александрович Романов становился сюзереном для королевства Рюкю, которое занимало весь Окинавский архипелаг. Оставалось только обрадовать об этом прекрасном событии Сё Тая, нынешнего правителя островов. Чем Александр и решил незамедлительно заняться, так как в Японии он явно засиделся. Поэтому 12 апреля эскадра из трех парусно-винтовых кораблей вышла из гавани Нагасаки и взяла свой курс на юг — юго-восток, к городу Сюри.

Остановившись вместе со свитой на террасе перед дворцом, Иемочи Токугава посмотрел на русские корабли, покидающие гавань, и слегка покачав головой, негромко произнёс, не обращаясь ни к кому конкретно:

— Этот молодой варвар мог бы стать неплохим союзником. — Он был впечатлен Александром. Искренне. Какая-то природная естественность прорывалась из Саши и завораживала.

Его решительность и прямолинейная простота казалась каким-то немыслимым варварством, граничащим с безрассудством. Но это и вызывало «трепетные чувства». Никогда еще Иемочи не сталкивался с такими людьми, ибо природная, дикая естественность пугала сегуна в той же степени, в которой манила к себе своей грацией, мощью и красотой. Его ощущения напоминали переплетенный клубок противоречивых эмоций, которые возникают, например, при наблюдении за извержением вулкана или многометровой волны цунами.