Десантник на престоле

Владимир сам отказался от нее, после нескольких минут объяснения бесполезность ее реализации. Особенно Владимира поразили выкладки по финансам. Он до того момента не знал, что одна кавалерийская дивизия обходилась казне в содержании столько же, сколько три-четыре пехотные. А учитывая, что в свете минувших войн ее боевая эффективность против обычной пехоты сильно упала, то эта «вилка» различия реальной боевой полезности на каждый затраченный рубль, стала еще больше. Да и не только этого его смутило. Так что в сухом остатке кавалерия получалась очень дорогим, как в создании, так и в содержании, родом войск, который непонятно где и против кого можно было применять.

Особенно в Европе."

"Итогом данной беседы стало то, что Александр за всеми этими предложениями увидел главное — Владимир «застоялся в стойле» и хочет причастности к великим делам эпохи. Его просто распирало от желания сделать хоть что-то серьезное и выйти из-под тени старшего брата, добившись личного признания. А кавалерия просто стала тем аспектом, который ему показался реальным поприщем для самореализации.

Ведь им никто толком не занимался, а потому шансы на успех, по мнению Владимира, были весьма высоки.

Так что, дабы сохранить расположение родного брата, Императору пришлось идти на компромисс и искать ту нишу и ту форму, в которой кавалерию можно было бы осмысленно применять.

Придумать ничего сходу не получилось, поэтому, Владимир ушел, затаив на Александра недовольства. Посчитав, что тот ревнует его славе. Однако уже спустя несколько дней, цесаревич был приглашен на рабочее совещание Государственного Совета, где безмерно обрадовался.

Была не только утверждена полноценная стратегия развития кавалерийских войск, но социально-политическая ниша, в которой он сможет реализоваться, утолив свои амбиции.

Командиру Среднеазиатским кавалерийским корпусом Гурко И. В.

Дорогой Иосиф Владимирович.

С радостью пишу вам о решение, которое было утверждено на Государственном совете при полной поддержке всех участников. Как вы уже догадались, оно самым тесным образом связано с вашим любимым родом войск. Говоря по-простому, Государственный Совет постановил — кавалерии — быть.

Вы знаете, что я не ярый сторонник кавалерии. Даже более того, я почитал ее устаревшим видом войска, который не сможет справиться с пехотой, вооруженной современным оружием. Особенно после того, что я увидел в Оренбурге… Но, не смотря на это обстоятельство, я все же отступил, признав за кавалерией право на жизнь. Правда, с целым рядом серьезнейших изменений, которые вам и надлежит притворить в жизнь с особым рвением и старанием.