Десантник на престоле
Михаил Алексеевич Ланцов
Разве что тех, кто проявит себя хорошо в военном плане, переводите в наши резервные батальоны в качестве пополнения. А там посмотрим. Но этнические подразделения после войны надлежит расформировать. Нечего плодить очаг напряжения. Так Евдокимову и передайте. Хотя, думаю, он и сам сообразит.
— Хорошо.
— Что Персия? Успешны ли ее дела?
— Не очень. Они осадили Мосул и Ван, но взять не могут уже который месяц. Турки довольно просто отбивают все штурмы. Думаю, без нашего участия действия архаичной персидской армии обречены на провал.
— Пускай возятся. Нужно разбить у них иллюзии.
— Тоже. Исмаил-паша смог взять несколько небольших городов в Палестине, но увяз.
— Так ведь наша разведка докладывала, что у турок там практически нет войск.
— Все верно. Не было. Сейчас там порядка двадцати тысяч солдат и офицеров, преимущественно башибузуков. Чисто теоретически султан Египта мог их смять, но его власть в Каире очень ненадежна, поэтому он боится уводить оттуда крупные силы. Кроме всего прочего, эти египетские «ахиллы» еще и вооружены довольно плохо.
— Как так? — удивился Александр. — Исмаил-паша же выделил довольно крупную сумму на закупку вооружения.
— Ее разворовали. Там полка три только нормально вооружили, — развел руками Милютин. — Так что этот участок фронта тоже у турок под относительным контролем, несмотря на то что им пришлось отступить.
— Ну и союзники у нас, — покачал головой Александр.
— Отвратительные, но все одно — они смогли сковать более пятидесяти тысяч турецких войск в непосредственных боях.
— Неплохо, но, боюсь, это все, чем они нам смогут помочь. — Александр всем своим видом выражал неудовольствие. — Давайте вернемся к Балканам. Как проходит восстание в Валахии?
Глава 8
Лондон.
Первого лорда Адмиралтейства Великобритании
В дверь постучался слуга и, скользнув тенью, вошел.
— Сэр, к вам посетитель.
— К черту посетителей!
— Он сказал, что прибыл из Стамбула по делу русской эскадры.
— Что? Как его зовут?
— Сэр Эндрю, Эндрю Сильверстон.
Вместо ответа лорд сам вышел в приемную и увидел одного из своих офицеров, числящихся среди погибших. Тот стоял у окна с перевязанными лицом и рукой и мрачно смотрел куда-то вдаль.
















