Десантник на престоле

— Какой это к черту Царьград? Одни руины и гниющие трупы повсюду.

— Это да… — сокрушенно покачал головой капрал. — Мы их били. Это понятно. Но друг дружку-то они зачем так немилосердно резали? Эко у них тут должно было получиться осиное гнездо, если только дали волю, так и сосед на соседа с ножом пошел, не жалея ни женщин, ни детей, ни стариков.

— И не говори, — покачал головой Синицын.

— Погоди-ка, — насторожился Ильин.

— Что?

— Тише, Никифор Степанович, — сказал капрал и, прислушиваясь, стал вертеть головой. И прапорщик Синицын, и боец Клюев насторожились.

Андрей даже снял с плеча винтовку и подошел к обгоревшему проему того, что когда-то было довольно крупным особняком. — Андрей, прикрой. Там что-то шевелится, нужно проверить.

— Куда ты лезешь? Малахольный! — попытался его остановить прапорщик, но было уже поздно. Иван Аркадьевич Ильин вытащил трофейный револьвер, не положенный ему по уставу, повесил на плечо винтовку и полез внутрь. Так что волей-неволей Синицын и Клюев последовали за капралом. Не бросать же его одного.

Тихо перешагивая через сгоревшие балки, они стали продвигаться внутрь особняка.

Пролеты этажа в основном обвалились, поэтому дневной свет все очень хорошо освещал внутри. Но идти приходилось очень осторожно, опасаясь наткнуться на гвоздь, укрытый золой, или еще какую неприятность. Толковые кожаные сапоги, которые имелись у всего личного состава русской армии, участвовавшей в войне с Османской Империей, конечно, давали защиту, но испытывать судьбу, безусловно, никто не желал.

Рядовой Клюев был оставлен приказом прапорщика прямо у входа:

— Так. Андрей. Ты стоишь вот тут.

Внутрь не входи, так как я опасаюсь обвала, если нас завалит — хоть кто-то сможет привести помощь. Хм. Если засада — поддержишь огнем из винтовки. Вот. Только нас с перепугу не постреляй, герой. — Клюев улыбнулся. — Все ясно?

— Так точно, товарищ прапорщик.

— Вот и хорошо. Вот и ладно. Ну что, друг ситный, — обратился Синицын к капралу, — пошли, что ли?

— Минутку. Оставлю-ка я тебе свою винтовку, — обратился Иван к Андрею. — Посторожи пока. А то мне с ней лазить неудобно…

Минуты три пришлось аккуратно пробираться этой парочке с револьверами в руках по особняку, пока капрал вдруг не застыл от удивления.

В одном из дальних углов, забившись за обгорелые бревна, сидела сильно испачканная сажей девушка с какими-то необъятно большими глазами.

— Никифор Степанович, погляди какое диво, — Ильин улыбнулся и немного расслабился. — Вот, оказывается, что шуршало тут.

Подошедший прапорщик взглянул на девушку и тоже улыбнулся.

— Бедняга. Сколько ей лет? На вид… — он снова улыбнулся, — на вид одна сплошная сажа.