Десантник на престоле

А этот варвар вновь обходил туманный Альбион, и все так же изящно, оставив на подносе небольшую пригоршню обглоданных костей, дабы насытить глупцов из палаты представителей. Ведь вся палата будет ликовать, узнав, что Великобритания возвращается на материк, а ее извечный противник — Франция, не только будет разгромлена, но и вообще прекратит свой земной путь. Но что стоит за этим шагом? Поймут ли эти самодовольные лорды, что это всего лишь игра… заманивание Великобритании в ловушку, из которой совершенно неизвестно, сможет ли она выбраться? Не закончит ли туманный Альбион свой жизненный путь столь же печальным образом?»

— Сэр? — Абрахам фон Бирч взволнованно смотрел на совершенно остекленевший взгляд Эдуарда Дерби.

— Да. Все в порядке. — С трудом сфокусировав взгляд, сказал министр иностранных дел. — Спасибо вам большое за предоставленную информацию. Она многое мне объяснила и очень помогла.

В тот же день в кабинете премьер-министра Великобритании.

— Вы отдаете себе отчет в том, что говорите? — Гладстон был настолько шокирован новостью, что даже слегка побледнел.

— Да. Мы снова проиграли. И, признаюсь, я пока не вижу способа выйти из этого затруднения без сильных потерь.

— Вы уверены, что Александр располагает многими копиями этого письма и фотографиями?

— Абсолютно. Кроме того, я убежден, что это письмо и фотокарточка только часть компрометирующих нас материалов, которые он собрал благодаря этому русскому беглецу. Ведь Шувалов, насколько мне известно, хранил кое-какую переписку и свои дневники.

— Насколько серьезными там были материалы?

— Сложно сказать. Через известного вам человека шли переговоры о подготовке к государственному перевороту в России, так что значительная в своем объеме рабочая переписка вполне могла пройти через его руки и осесть там. Да и потом, мы же планировали до недавнего времени использовать его в качестве эмигрировавшего лидера нации. Совет вполне однозначно поставил перед нами задачу вернуть свои позиции в Российской Империи, и мы готовились к этому.

— Вы серьезно собирались эту задачу решать через Шувалова? — недоверчиво спросил Гладстон.

— После ряда консультаций мы пришли к выводу, что установившийся в Российской Империи режим с приходом Александра к власти можно подкосить только через либеральную риторику. Например, собирая под свои знамена творческую элиту и всевозможных разночинцев, грезящих республикой и ростом гражданских прав.