Найди меня Шерхан (СИ)
От датчика внутри больно, но я быстро включаю камеру. Снимаю монитор, завожу телефон за спину. Вбить номер, отправить фото и все удалить. И ждать, что отец моего ребенка получит снимки и придет на помощь. Он вспомнит. Татуировка «Мon Сher». Это не «мой дорогой». Это «мой Шерхан». *** Арсен трет лицо, говорит глухо: — Значит так. Ты едешь со мной. Ждем две недели, делаем анализ крови. Если ребенок Тагира, просто уйдешь. Если мой, — пауза, он сглатывает, втягивает воздух сквозь зубы, — останешься жить в моем доме. Родишь ребенка и уберешься вон, поняла? Леша, в машину ее. Да, еще. У нее на правом плече татуировка. Татуировку убрать.
Скоро у меня будет такой же, смогу ли я с ним справляться так легко как Эва? Тем более, что у нее уже двое…
Эвангелина подходит к Арсену и порывисто его обнимает. Он целует ее в лоб, прижимает к себе вместе с малышом, и я снова чувствую гадкую, неприятную ревность.
Арсен знакомит нас с Эвой, затем бережно берет на руки малыша, и мне становится легче, глядя на его счастливое лицо. Нашего малыша он тоже будет любить не меньше, а маленький Марк и правда очень милый.
Арсен укладывает Марка в коляску, которую начинают качать по очереди Маша с Каролиной. Мы ведем гостей в беседку, а потом Арсен с Эвой отходят в сторону.
— Пап, я так за тебя рада… — доносится до меня.
— Спасибо, родная…
Они идут по аллее, он обнимает ее за плечо, она обвивает обеими руками его талию. Арсен говорит, она слушает, потом она говорит, а он наклоняется ниже, чтобы лучше слышать. Эва невысокая, ему едва до плеча достает…
— Не ревнуй, Агатка, не стоит, — ко мне подходит Роман и трогает за локоть. — Бери пример с моего сына.
Я заливаюсь краской и, наверное, похожа сейчас на помидор. Ужасно стыдно, как я могла так себя выдать? Неужели я так плохо владею собой? Меньше всего мне хочется испортить отношения Арсена с дочерью.
— Я узнал, что у меня есть дочь, когда ей было три года, — заговаривает Макар, — и то чувствую себя ущербным. А он через двадцать лет узнал. Как бы меня ни бесил Ямпольский, тут я его понимаю. Извините, — спохватывается он, старший Демидов неодобрительно кривится, но продолжает:
— Они очень сблизились с отцом, потому что у них много общего. Будь Эва мальчиком, был бы у нас второй Ямпольский. У них одинаковые вкусы, мысли, им даже блюда одни и те же нравятся. Про фильмы и музыку я молчу. Да ты сама заметишь, Эва иногда смотрит точно, как Арсен. Они и советуются друг с другом потому, что думают одинаково.
— На меня Машка иногда смотрит как Ямпольский, — вставляет Макар.
— Арсен непростой мужик, у него вулкан внутри. Вроде спящий, но никогда не знаешь, когда рванет. И когда у вас наладилось, он успокоился. Мы очень этому все рады, Агата, он тоже дождался своего счастья.
Романа перебивает маленький Марк, от начинает хныкать, и Макар достает его из коляски.
Малыш быстро успокаивается, я поражаюсь, как отец лихо управляется с сыном, и Макар вдруг спрашивает:
— Хотите подержать? Он не тяжелый, заодно потренируетесь.
Я благодарна обоим Демидовым за поддержку, с опаской беру мальчика на руки, Макар показывает, как удобнее его держать. Малыш пахнет молоком, я легонько его покачиваю, целую в нежную щечку, с замиранием вдыхаю незнакомый запах маленького ребенка. И ловлю взгляд Арсена.
Эва стоит рядом и подбадривающе мне улыбается. Он сразу идет ко мне и, совершенно не стесняясь, обнимает, целует и меня, и малыша.














