Найди меня Шерхан (СИ)

Мысленно повторяю номер телефона, который буду помнить, даже если впаду в кому.

Телефон звонит, Марина сбрасывает звонок, потом хмурится и рисует на экране треугольник. Меня начинает трясти — он запаролирован графической фигурой, не отпечатком!

— Лен, мне снова твой звонит. Послушай, я на работе, у меня пациенты, разбирайтесь сами, ну что вы как дети. Извините, — это уже мне. А у меня внутри все дрожит.

Сейчас. Если я не сделаю этого сейчас, у меня может не быть другого шанса. Закатываю глаза, выгибаюсь и начинаю хрипеть. Я не немая, что бы Мансуров не лгал окружающим. Мой речевой аппарат в норме, и я могу издавать разные звуки — могу кричать, стонать, рыдать. Сейчас я хриплю.

Велесова от испуга даже подпрыгивает, и я бы засмеялась, если бы мне не было так страшно. Наверное, она решила, что у меня начался припадок. Зовет на помощь и бросается к двери, а я хватаю телефон.

От датчика внутри больно, но я быстро рисую треугольник и включаю камеру. Снимок монитора — раз, два — срываю с плеча блузку и завожу телефон за спину. Снимок. А теперь вбить номер, отправить фото и все удалить.

Пальцы трясутся. Еле успеваю, бросаю телефон обратно и падаю в изнеможении на кушетку. В кабинет вбегает целая толпа, у меня перед глазами все плывет. Наверное, вид у меня совсем дикий, потому что даже Тагир пугается.

— Агата, что с тобой, ты в порядке?

Он растерянно отвечает на вопросы наводнивших кабинет медиков — нет, эпилепсией не страдает, приступов паники не наблюдалось, для него это тоже неприятный сюрприз. Звучит осторожное предложение прервать беременность по медицинским показателям, и я чувствую страх Мансурова.

Этот ребенок Тагиру нужен больше, чем мне. Больше, чем его отцу. Если бы у меня была хотя бы минута, чтобы написать ему, если бы я могла позвонить и рассказать…

Пора сворачивать представление, внутри жжет от датчика, я не хочу никого видеть. Мне что-то колют в руку, поливают водой, дают нюхать ватку, смоченную нашатырем. И смотрят с сочувствием. На Мансурова. Бедный, связался же с неполноценной.

Но мне все равно. Теперь мне и моему ребенку остается только ждать, что его отец получит снимки и придет на помощь. Второй снимок вышел немного смазанным, потому что тату у меня над лопаткой. Но если он увидит, то вспомнит, обязательно вспомнит.

«Мon Сher».

Только он знает, что «мон шер» — это не «мой дорогой». Это «мой Шерхан».

* Мon cher — мой дорогой (фр.)

Глава 1

Меня привозят в дом мужа. Тагир ведет себя непривычно заботливо, он рад, что я беременная, наверное, не думал, что у меня это получится сразу. Если честно, я тоже надеялась, что ничего не выйдет, или что я вообще не смогу забеременеть. Но у Арсена все вышло с первой попытки.

Никого не хочу видеть, поднимаюсь к себе и ложусь на кровать лицом к стене.