Девять месяцев по контракту

Так много нужно друг друга спросить и так много рассказать, но невидимый барьер все ещё стоит между нами и мешает это сделать.

— Спасибо, — обращаюсь к Тимуру.

Багримов слабо кивает и забирает у меня Артура.

— Прости, что не сказала тебе раньше, — слегка касаюсь его руки кончиками пальцев, словно боюсь обжечься. — Ты должен был узнать сразу же.

— Потом поговорим, Яна, — отвечает строгим тоном Тимур, высвобождаясь. — А сейчас иди к Лизе. Ты нужна ей.

Глава 45.

* * *"

"— Ты хоть поешь, — просит мама. — Совсем худая стала.

Я с благодарностью принимаю домашнюю еду в контейнерах и ставлю их на тумбу. Контейнеры еще теплые и изумительно пахнут, но есть и правда сейчас не хочется.

Прошло десять часов после операции. Лиза пришла в себя, нормально отошла от наркоза и сейчас щебечет на всю палату, не прекращая ни на минуту. Доктор сказал, что спустя сутки после операции можно будет подниматься с кровати и расхаживаться, а если всё будет хорошо — через неделю нас уже выпишут.

— Твой начальник не приезжал? — спрашивает мама словно невзначай.

Я на секунду забываю, что делала. Чувствую, как слабеют конечности, а по позвоночнику пробегает лёгкий холод.

— Нет, — отвечаю коротко, продолжая расставлять контейнеры.

И не звонил. Хотя я догадываюсь, что здоровьем Лизы он интересовался, поговорив непосредственно с врачом.

Всё это время меня мучили вопросы, как там Артюша, хорошо ли он спал и нормально ли поел? Несколько раз я порывалась набрать номер Багримова, но каждый раз сбрасывала, не дождавшись первого гудка. Нам обеим нужно многое обдумать и переварить.

Для меня было неожиданным признание Тимура о том, что, оказывается, всё это время он помнил меня. И про Лизу тоже догадался, когда увидел. Как такое вообще возможно? По его невозмутимому лицу я бы ни за что не догадалась об этом.

— Хороший мужчина, а главное вежливый, — продолжает мама. — Довез меня до самой калитки, хотя я просто попросила высадить на остановке.

— Это замечательно, мам, — отвечаю ей, разбирая сумку с вещами.

Помимо продуктов она привезла раскраски и несколько любимых игрушек Лизы. Я выкладываю их на подоконник и ощущаю, как мама подходит ближе.

— Давай помогу, — улыбаясь произносит она.

— Ты чего?

— Твой начальник ведь неспроста вчера приехал, правда? — спрашивает шепотом мама и слегка подмигивает. — И с доктором поговорил, и палату отдельную выбил. Он или неравнодушен к тебе или…

— Или он — отец Лизы, — заканчиваю предложение негромким голосом, чтобы убить её догадки на корню.

Мамин рот вытягивается буквой «О», а любимый слонёнок дочери выпадает из её рук на пол.

Отца Лизы она всегда проклинала.