Девять месяцев по контракту

Дочь смотрит насторожено и почему-то молчит.

Сейчас или никогда. Более удачного момента не будет.

— У тебя, как и любого другого ребёнка, есть папа. И это Тимур.

Я смотрю в безмятежные глаза дочери и пытаюсь рассмотреть в них намёк на непринятие или злость, но ничего такого не вижу. Там только удивление. И непонимание. Информация на её тонкую психику свалилась неожиданно, но уверена, что она поймет всё правильно.

— Тимур — папа Артура, — поправляет меня Лиза.

— И твой тоже, малыш.

Ставлю перед ней тарелку с завтраком и крепко обнимаю её за плечи. Признание далось мне сложнее, чем я думала.

— Получается, что Артюша — мой братик?

— Именно. Он твой братик, — отвечаю дрогнувшим голосом.

Лиза не смеется и не скачет от радости, что вполне логично. Она переваривает информацию и больше не задаёт лишних вопросов. Думаю, что все они теперь будут предназначены Тимуру.

* * *Багримов приезжает за нами ровно в назначенное время."

"Я выхожу на улицу в лёгком воздушном платье розового оттенка и смущаюсь, когда ловлю на себе заинтересованный взгляд Тимура. Он умеет смотреть так откровенно и дерзко, что внутри меня всё переворачивается и искрит.

Он помогает нам с Лизой забраться на заднее сиденье его внедорожника, и я с удивлением отмечаю, что здесь уже приготовлено автокресло для дочери. Это означает, что он станет забирать её, когда захочет? Возить в гости и на кружки? Мне самой не верится в то, что у Лизы появился отец и некоторые заботы я смогу разделить вместе с ним.

В машине тихо играет музыка и пахнет молочной смесью. Артюша сладко спит в автолюльке, пуская слюни. Осторожно касаюсь крошечных пальчиков, ощущая, как грудь становится тяжёлой и наливается молоком. Мне жаль, что из-за того, что мы с Лизой попали в больницу, пришлось прервать грудное вскармливание. Не знаю, является ли это важным для Тимура, но я могла бы попробовать его вернуть. Ещё раз.

В парке шумно и многолюдно. Лиза идёт впереди и катит по тротуару коляску с Артюшей. Наверное, она в полной мере ощутила себя старшей сестрой.

— Я рассказала ей правду о тебе, — произношу, обращаясь к Тимуру.

Он хмурится и переводит взгляд на дочь.

— Как она отреагировала?

— Спокойно, но думаю, что это не всё.

Дочь резко тормозит, когда видит палатку с воздушными шариками. Переводит на меня лукавый взгляд и улыбается.

— Купить тебе шары? — спохватывается Багримов и достает из кармана портмоне.

Кажется, что сейчас он готов купить для неё весь мир. Дочь кивает и вместе с ним подходит к палатке. Держится настороженно и не берёт его за руку. Выбирает три больших шара с пони и довольная возвращается с Тимуром ко мне.

— Ты правда мой папа? — слышу её негромкий голос, обращенный к Багримову.

— Правда.

— Почему тебя так долго не было?

Моё сердце до боли сжимается и кровоточит.