Девять месяцев по контракту

Когда вся эта нескончаемая карусель головняка заканчивается, я устало смотрю на часы и понимаю, что с Артуром за сегодняшний день так и не увиделся. Сейчас он наверняка принимает водные процедуры, а к моему приезду будет спать мирным сном. Нужно будет свалить все обязанности на Алимова и как-нибудь взять себе выходной.

— Тимур Каримович, я могу идти? — в дверном проёме показывается белокурая голова помощницы.

— Да, Лера, на сегодня всё.

Она немного мнется, а потом всё же спрашивает:

— Вы не могли бы подкинуть меня до метро? Пыталась вызывать такси, но машина не скоро приедет.

— Хорошо, пойдем.

Мы спускаемся на парковку, направляемся к автомобилю. Лера быстро перебирает своими длинными ногами и едва поспевает за мной. Она всегда пыталась привлечь к себе моё внимание. Одевалась соблазнительно, приходила накрашенной, старалась угодить мне во всем. Я замечал её томные взгляды и неподдельный интерес ко мне не только как к руководителю. Но всегда считал, что рабочие отношения должны оставаться исключительно рабочими, Леру я никогда не трогал, даже когда был холост. Так почему же Яна вызвала во мне желание нарушить собственные принципы?

Два поворота ключа, и я дома. В квартире тихо-тихо, нигде не горит свет. Снимаю с себя пиджак, прохожу по первому этажу и понимаю, что здесь никого нет. На часах почти полночь.

Я поднимаюсь на второй этаж, толкаю дверь в детскую и ожидаю увидеть там что угодно, но только не спящую на софе Яну, которая свернулась калачиком и мирно сопит. Непроизвольно улыбаюсь, прохожу по комнате. Вижу, что Артур накрыт пледом и крепко спит, выронив соску изо рта.

Действую тихо, чтобы не разбудить. Беру из шкафа тёплый плед, возвращаюсь в детскую и накрываю им Яну.

Возможно, мы поступили неправильно с точки зрения суррогатного материнства, но отступать назад уже слишком поздно. Она не откажется от Артура, а я добровольно её не отпущу.

Глава 26.

Яна

Я открываю глаза, вижу перед собой незнакомую обстановку и резко отрываю голову от подушки.

Чёрт, кажется я уснула в доме Багримова. И домой не поехала, хотя меня никто там и не ждал.

С удивлением смотрю на плед, которым накрыта. Я точно его не брала, хотя, честно говоря, совершенно не помню, при каких условиях меня так сильно вырубило. Помню только, что ночью мне было холодно, а потом стало тепло, и я перестала дрожать. Это сделала Людмила или… Тимур? Щёки мгновенно наливаются краской от мысли, что Багримов видел меня спящей и обезоруженной.

Откидываю плед, опускаю ноги на пол и бесшумно двигаюсь к детской кроватке. Артюша ещё спит. Тимур был прав, когда говорил своим родителям, что его сын — идеальный ребёнок. Малыш уснул в десять вечера и проспал до самого утра не просыпаясь.