Дьявол зимой

– Ты убьешь меня, – пробормотал он, чувствуя, как ее губы, прижатые к его плечу, изогнулись в улыбке.

– А теперь, когда ты проиграл пари, – сказала Эви, нужно подумать о штрафе, поскольку ты уже извинился перед лордом Уэстклиффом."

"Перед тем как граф с женой покинули клуб, Себастьян, давясь словами, заставил себя произнести покаянную речь. Но он постарался проделать это, когда Эви не было рядом.

– Лилиан мне все рассказала, – сообщила Эви, словно прочитав его мысли. – Не представляю, какой штраф тебе назначить, – произнесла она с сонной улыбкой.

– Уверен, ты что-нибудь придумаешь, – мрачно отозвался Себастьян и, едва смежив ресницы, провалился в глубокий оздоровляющий сон.

Явившись в клуб на следующий вечер, Уэстклифф с удивлением узнал, что Себастьян спустился в игорный зал – впервые после ранения.

– Не рановато ли? – поинтересовался он у Эви, когда они вышли из хозяйских апартаментов, направляясь на галерею, где дежурил один из служащих, нанятых Кэмом для усиления мер безопасности. Пока Буллард гулял на свободе, все передвижения посетителей клуба находились под неусыпным, хотя и не бросающимся в глаза контролем.

– Он так боится показаться беспомощным, – ответила Эви, нахмурившись, – что совершенно не щадит себя. К тому же он уверен, что без его руководства все развалится.

В темных глазах Уэстклиффа блеснула улыбка.

– Интерес Сент-Винсента к этому заведению кажется вполне искренним, Признаюсь, я не ожидал, что он добровольно взвалит на себя подобную ответственность. Годами он вел праздный образ жизни – непростительное расточительство, учитывая его умственные способности. Но похоже, единственное, что ему требовалось, – это найти подходящее применение своим талантам.

Выйдя на галерею, они облокотились о перила, глядя вниз, на игорный зал, битком набитый народом. Эви нашла глазами темно-золотистую шевелюру Себастьяна. Присев на краешек письменного стола в углу, он с улыбкой разговаривал с группой мужчин, толпившихся вокруг него. Его поступок, спасший жизнь Эви, вызвал всеобщее восхищение и сочувствие, особенно после того, как « Таймс» представила его действия в героическом свете. Этот факт, а также осознание того, что его дружба с могущественным графом Уэстклиффом возобновилась, принесли Себастьяну мгновенную и основательную популярность. Каждый день в клуб прибывали кипы приглашений, требовавших присутствия лорда и леди Сент-Винсент на балах, вечеринках и других публичных мероприятиях, которые они отклоняли по причине траура.

Приходили также письма, густо надушенные и подписанные женской рукой. Эви не решалась ни вскрывать их, ни интересоваться отправительницами. Стопка нераспечатанных конвертов росла, что в конечном итоге подвигло Эви на действия.