Дьявол зимой

Несмотря на отличные рессоры, экипаж, мчавшийся на предельной скорости, так раскачивался и подпрыгивал, что Эви укачало. Измученная, она не могла заснуть, не в состоянии найти удобную позу. Голова ее то и дело ударялась о стенку кареты. Даже если ей удавалось задремать, то не более чем на несколько минут."

"Сент-Винсент легче переносил свалившееся на них испытание, хоть и приобрел несколько помятый вид. Все попытки разговоров давно иссякли, и они продолжили путь в стоическом молчании. Удивительно, но он ни разу не пожаловался на тяготы пути. Очевидно, ему так же, как и ей, не терпелось добраться до Шотландии. В конце концов, решила Эви, он не меньше, чем она, заинтересован в том, чтобы они как можно скорее поженились.

Карета мчалась все дальше, подскакивая на ухабах. Каждый раз, когда дверца распахивалась и Сент-Винсент спрыгивал вниз, чтобы проследить за заменой упряжки, внутрь врывался порыв холодного ветра. Оцепеневшая от холода и усталости, Эви дремала в углу кареты.

Ночь сменилась днем, промозглым и дождливым. Плащ Эви промок насквозь, пока они шли через гостиничный двор. Сент-Винсент проводил ее в отдельную комнату, где она съела тарелку обжигающего супа и воспользовалась ночным горшком, пока он менял лошадей. При виде постели она чуть не расплакалась. Ничего, она отоспится позже, когда доберется до Гретна-Грин и станет недосягаемой для своей родни.

Вся остановка заняла не более получаса. Вернувшись в карету, Эви попыталась снять мокрую обувь, боясь запачкать бархатную обивку. Сент-Винсент, забравшийся следом, взялся помочь. Пока он развязывал шнурки и стаскивал ботинки с ее онемевших ног, Эви молча сняла с его головы мокрую шляпу и бросила ее на противоположное сиденье. Его густые волосы переливались всеми оттенками – от янтарного до белокурого.

Усевшись рядом с ней, Сент-Винсент помолчал, вглядываясь в ее осунувшееся лицо.

– Любая женщина на вашем месте, – произнес он наконец, коснувшись ее щеки, – уже замучила бы меня бесконечными стонами и жалобами.

– К-как я могу жаловаться, – возразила Эви, дрожа от холода, – если я сама просила вас отправиться в Шотландию?

– Мы уже на полпути туда. Если ничего не случится, к завтрашнему вечеру мы будем женаты. – Он криво улыбнулся. – Мне еще не приходилось видеть невесту, которая так стремилась бы к брачной постели.

Дрожащие губы Эви изогнулись в ответной улыбке, когда она сообразила, что он имеет в виду ее желание отоспаться. Глядя в его лицо, она задавалась вопросом, как ему удается выглядеть таким привлекательным, несмотря на следы усталости и тени под глазами. Он казался более человечным, чем тот надменный и бездушный аристократ, с которым она пустилась в путь.