Дьявол, который ее укротил

Вот это он заметил! И даже приказал:

– Не двигайся!

– Иди к дьяволу!

Он потянулся было к ней, но передумал и вздохнул:

– Можем мы по крайней мере поговорить спокойно? Хотя бы несколько минут?

– Сомневаюсь, что даже несколько минут смогу относиться к тебе хотя бы с каким-то подобием сердечности!"

"Ярость кипела в ней все сильнее, выплескиваясь с каждым словом, слетавшим с губ. И другого выхода для этой ярости не было. Она будет расти, поднимать голову и терзать Офелию и всех окружающих. Тот самый выход, который предлагал Рейфел, больше ей недоступен. Она не собирается использовать его, чтобы снова обрести спокойствие, которого лишилась по вине мужа.

– Я нашел для нас идеальное решение.

Он швырнул ей эти слова, как золотой самородок. Очевидно, ожидал, что она ухватится за них и на какой-то миг забудет о горечи и обидах. Ничего не вышло.

– Я и не думала, что мы нуждаемся в каких-то решениях, но, полагаю, ты должен так считать.

Что он замыслил? Единственное, что приходило на ум, было признание брака недействительным. Но ему не удастся так легко освободиться от нее.

Мысленно подготовив достаточно веские аргументы, Офелия объявила:

– О том, чтобы аннулировать брак, не может быть и речи.

– Согласен, – кивнул Рейф, к ее величайшему удивлению. – У нас уже была брачная ночь, хоть и несколько преждевременная.

Если он воображал, будто выбьет ее из колеи, упомянув о запретных ласках, то сильно ошибся! Наоборот напомнил о том, какой доверчивой дурочкой она была, как верила лживым словам, как искренне считала, будто он стремится помочь ей, а на самом деле оказалась предметом насмешек веселых приятелей. Даже то, что Рейф действительно помог ей, не так важно, тем более что при этом он руководствовался чисто своекорыстными мотивами.

– Я решил купить дом. Тот, что мне понравился, – совсем недалеко отсюда, так что ты сможешь навещать родителей, когда захочешь.

– А что случилось с твоим домом?

– Ничего. Мой дом идеально подходит… мне. Надеюсь, ты не удивишься, что я желаю сохранить его в прежнем виде. Сейчас я говорю о том доме, где будешь жить только ты.

Такого Офелия не ожидала услышать. Но все же сумела выдавить некое подобие улыбки.

– Похоже, ты ожидал, что я разорю твой драгоценный дом?

– Да, подобная мысль приходила мне в голову. Ты – женщина непредсказуемая, возможно, самая непредсказуемая из всех, кого я знал. И мне не хочется рисковать тем, к чему я привык и что мне нравится.

– Так вот в чем заключается твоя блестящая идея! Не раздельные спальни, а раздельные дома? А что, если эта мысль не придется мне по душе?

– Я делаю это не в угоду тебе, дорогая. Если пожелаешь, можешь оставаться здесь. Но в этом случае ты непременно будешь опозорена в глазах общества и, боюсь, выплеснешь горечь и бешенство на мою семью.