Дьявол, который ее укротил

Правда, сначала немного сомневалась, но потом решила, что скорее всего не ошиблась, хотя бы потому, что Сабрина была провинциалкой, а они, как правило, чистосердечны и наивны. Поэтому я изменила собственному правилу. Вообразила, что мы сможем стать хорошими подругами.

Рейфел страдальчески вздохнул.

– Значит, в этом случае вы действительно предали подругу? Должен признаться, что надеялся услышать вескую причину.

Судя по виду, он разочаровался в ней настолько, что у Офелии неожиданно сжалось сердце. Какого черта?! Да она понятия не имеет, о чем он толкует!

– Будьте добры, объясните, пожалуйста, последнюю реплику.

Я что-то не поняла. Каким это образом я предала Сабрину?

– Воскресили ее семейный, давно забытый скандал, причем намеренно.

– Вздор и чепуха! – коротко бросила она. – Я сделала ей одолжение.

Рейфел скептически усмехнулся:

– Погубив ее шансы на приличный брак в Лондоне? Я на ее месте предпочел бы отказаться от подобных одолжений.

Офелия, в свою очередь, вздохнула:

– Ладно, вижу, что должна объясниться. Вы, возможно, не поверите, но я старалась избавить девушку от многих неприятностей и сердечных мук.

– Сердечных мук?

– Именно. Не хотела, чтобы она терзалась, влюбившись в кого-то и обнаружив, что не сможет стать его женой из-за старого скандала, который и без меня обязательно выплыл бы на свет божий. Стоило ей завести побольше знакомств, и какая-нибудь сплетница непременно вспомнила бы имя Ламбертов и все, с ним связанное. А это был такой дурацкий скандал! До чего глупо утверждать, что если некоторые ее предки покончили с собой, значит, все остальные члены семейства, включая Сабрину, тоже склонны к самоубийству! И все же вы знаете, каковы злые языки! Многие поверят такой чепухе.

Поэтому я решила нанести удар первой, поведав обо всем и показав, насколько беспочвенны слухи и сплетни. Я высмеяла бы всякого дурака, решившего поверить в эту бессмыслицу. Все измышления мгновенно заглохли бы, и больше никому не пришло бы в голову изощряться в догадках и абсурдных заключениях.

– Господи Боже, вы пытаетесь сказать, что защищали Сабрину?

Офелия скрипнула зубами.

– Вам совершенно ни к чему так изумляться. Такова была моя первоначальная идея.

– Понятно. – Он кивнул. – Теперь потолкуем о дурных намерениях?

– Нет.

Лучше перейдем к моему последнему недостатку, возможно, худшему, особенно в сочетании со вспыльчивостью.

– И какой же это недостаток?

– Зависть."

"– Вы хотя бы сами понимаете, как странно это звучит? – неверяще пробормотал он. – Вы самая красивая женщина в Англии. Каждая женщина при взгляде на вас просто обязана завидовать. Даже моя сестра. Из всех них вы единственная, у кого нет ни единой причины ревновать к кому-то и тем более завидовать.

– Каждое ваше слово – чистая правда.