Дочь врага

-Что-то случилось? - сдаюсь. Мало ли какой форс-мажор мог произойти.

- Пройдёмте в кабинет, - настойчивый какой! Но что-то в его выражении лица не даёт мне покоя. Соглашаюсь.

Спустя несколько минут я сижу с открытым ртом, бешено колотящимся сердцем в груди и не верю собственным глазам, но документы, лежащие на столе, содержат неопровержимые доказательства. За мной следят. Причем профессионально и довольно давно. Внутри все холодеет.

Глава 3. Крис. Взгляд из толпы

Следующие несколько дней прошли как один миг. Все на нервах. И даже сейчас, укладывая дочку спать, я думала лишь о том, кому понадобилось знать о каждом моем шаге и насколько далеко они готовы пойти. Страх в сердце усиливается по экспоненте.

-Лиса ""Ааам"" и съела его! - дочитываю любимую сказку Ясеньки, целую сладкую макушку уснувшей малышки, на несколько секунд замираю, млея. Моё сокровище! Моя девочка так похожая на своего отца… Снова укол боли прямо в сердце.

Осторожно, чтобы не разбудить, перекладываю дочку в её кроватку, не удержавшись, целую ещё раз в пухлые щёчки, поправляю одеяло и выхожу из спальни.

-Тамара Андреевна, большое спасибо, что согласились сегодня остаться у нас с ночёвкой, - благодарю пожилую женщину, ожидающую меня на кухне.

После новостей о слежке я наотрез отказалась менять няню, ведь пока не выясню мотивы и причины, никому не могу доверять. Тамара Андреевна с нами чуть ли ни с самого рождения Яси и я уверена, что она работает только на меня. Она человек старой закалки, плюс, отец проверял всю подноготную чуть ли ни до седьмого колена и дал добро, а он уж точно в своей единственной внучке души не чает и ни за что не подпустил бы к ней непроверенного человека.

-Ничего страшного, милая, - встаёт из-за стола, наливает себе кружку чая. - Все в порядке, - конечно, в порядке! За эту переработку она запросила приличную прибавку к зарплате!

-Если Ясенька проснется, то вот кашка, - достаю и ставлю на столешницу картонную упаковку с трубочкой. Малышка иногда просыпается среди ночи и просит кушать, а если не дать, то будет плакать и потом её становится тяжело уложить. - Бутылочка с водой в кроватке, - продолжаю инструктировать женщину. Я ещё никогда не уезжала от дочки в такое позднее время. Она, засыпая, знает, что мама рядом и до утра никуда не исчезнет. Сегодня впервые я не смогла перенести время встречи. Очень переживаю, оставляя ребенка поздно вечером, но у меня нет другого выхода. Безопасность превыше всего.

-Милая, не переживай, - продолжает успокаивать меня женщина, тем самым делая только хуже. - Езжай, спокойно работай и возвращайся, когда все сделаешь. Не торопись, - мило улыбается. Я не чувствую ни малейшего раздражения или недовольства, исходящих от нее, значит, и правда, все хорошо. На душе становится чуточку легче.