Дочь врага

Мне стоит огромных трудом удержаться от того, чтобы просто обнять ее, попробовать успокоить. Женщина прошла к кроватке, бережно взяла на руки Ярославу, прижалась губами к ее лобику и подняла взгляд на меня.

— Громов! Спаси Ясю! Мой отец не должен узнать, что она твоя дочь! — молит меня побледневшая Крис. Я ещё никогда прежде не видел, чтобы она была ТАК напугана.

— Так ты же отрицаешь моё отцовство, — заявляю, окидывая девушку взглядом, полным льда.

— Он увезет её! Мы больше никогда не увидим малышку! — слезы градом льются из прекрасных глаз. Не ведусь на её признание, до сих пор слишком больно осознавать предательство.

— У меня нет детей! Моя бывшая сделала аборт!

— Тим... — с болью в сердце.

— Что? — не позволяю поддаться эмоциям.

— Я не могла тебе сказать правду, — сокрушенно опускает глаза в пол, прижимает к себе ещё крепче малышку, которая как две капли, похожа на меня в детстве.

— Почему?

— Потому что как только отец узнает, что Яся твоя дочь, мы больше никогда ее не увидим!

— С чего ты решила, — делаю шаг к ней. Внутри все рвется на куски, но мы должны расставить все точки и начать с нуля, иначе не выйдет. — Что имеешь право лишить меня дочери? — верхняя губа дергается от сдерживаемой злости. — Мы были вместе два года! Два долбанных года! Ты так хорошо меня знала. Никто не знал, Крис! Никто, твою мать! Только ты! — малышка в ее руках закряхтела, захныкала во сне. К нам тут же подбежала няня, забрала девочку и покинула комнату. — Тогда я мог поставить Киреева на место. Ты знала, что мог, — любимая прячет зареванное лицо в ладонях. — Ты не дала мне даже шанса! Я помню тот вечер. Он вот здесь до сих пор! — ударяю кулаком себе в грудь. — Как ты уехала ничего не сказав. Как бросила мне подачку в виде фотографии и теста с двумя полосками. Я замуж тебя звал, а ты сбежала. Я не просил меня защищать! Ты просто самонадеянная дура, Крис. Посмотри, к чему мы пришли?

— Помоги мне, — Кристина вдруг шагает ко мне, доверчиво прижимается всем телом и дрожит. Любимая женщина шмыгает носом в попытке сдерживать слезы, но выходит плохо, моя футболка становится мокрой. — Помоги, — повторяет, а я хочу услышать другое. Пусть это цинично, и я принял решение, но я хочу услышать. — Прости меня, — вот оно, то самое, чего я так ждал. Эта красивая стерва засунула свою гордость в задницу и сказала то, что я хочу слышать. — Прости, я так боялась. Боялась остаться одна, но еще больше боялась, что мой… наш ребенок будет втянут в эти разборки между семьями. Я хотела для нее счастливого детства, Тим.

— Без отца… — выдыхаю. — Получилось?! — меня все еще кроет, но я держу любимую в кольце своих рук и не собираюсь отпускать.

— Нет, — она поднимает на меня взгляд, встает на носочки и целует в сжатые губы оставляя на них соленый привкус с нотками металла.