Договор на сто дней

С Лукасом мы совсем перестали общаться, ограничивались дежурными фразами. На химии мне больше не нужна была его помощь, а на испанском мы разговаривали исключительно на темы, которые задавала учительница.

Однажды темой была встреча старых друзей, и Лукас спросил меня на испанском:

– Как дела?

– Все хорошо. У тебя что нового?

– Встречаюсь кое с кем…

По телу прошла волна раздражения, от того, что он снова начал говорить про это, будто я не знала.

– Я знаю, – сухо отозвалась я.

– А ты чем занимаешься в последнее время?

– Я играю в… – я замялась, вспоминая, как будут шахматы на испанском.

– Шахматы?

– Да. Откуда ты знаешь? – удивилась я.

– Кэти как-то упоминала, – пожал он плечами.

А я-то уже на долю секунды подумала, что до сих пор ему интересна. Меня охватило разочарование, а затем обида. И все же мне было тяжело с ним вот так общаться как ни в чем не бывало. Потому что время от времени боль отдавалась в груди, напоминая о себе. Лукас так же себя чувствовал, когда я постоянно его отшивала?

Повисла тишина, я не знала, что еще у него спросить. Иногда мне хотелось узнать больше о его девушке. Кто она? Как выглядит? Как часто они видятся? Но я не решалась задавать такие вопросы, ведь, в конце концов, это меня не касалось.

– Значит, у тебя появилось больше свободного времени? Ты нигде не работаешь?

– Не работаю, – подтвердила я. – Наше с отцом финансовое состояние улучшилось.

– Я рад. Кстати, твой испанский стал намного лучше, – похвалил Лукас. – Раньше ты и двух слов связать не могла, – подколол он меня, слегка улыбаясь.

Как давно я не видела его улыбки. Неосознанно задержала взгляд на его губах. Как бы мне хотелось поцеловать его прямо сейчас, услышать, что я все еще ему нравлюсь. Я вовремя осеклась и смущенно отвернулась.

– У меня был хороший учитель, – пробормотала я.

Лукас вдруг протянул ко мне руку и потрепал по голове, широко улыбаясь. Он и раньше так делал, но меня это всегда раздражало. Сейчас же я мечтала, чтобы он никогда не прекращал меня касаться. Сердце трепетало в груди.

– Я же говорил, ты мне еще спасибо скажешь!

Прозвенел звонок, и Лукас встал со своего места, убирая в рюкзак тетрадь и учебник. Я медленно поднялась со стула и почти решилась попросить его позаниматься со мной или что-то в таком роде, чтобы просто провести время вместе. Но пока я мешкала, Лукас закинул рюкзак на плечо и вышел из класса, не попрощавшись.

Глава 27

Наступил февраль. Зима потихоньку отступала, но не мое уныние. Папа не понимал, что со мной происходит, почему я в последнее время такая вялая и грустная. Пришлось соврать, что устаю в школе. Мне не хотелось признавать, но мои чувства к Лукасу оказались сильнее, чем я ожидала. Я все никак не могла выкинуть его из головы.