Дом одиноких сердец

Вы ведь знаете об этом?

Даша испытующе смотрела в бледное лицо Раевой, но, к ее удивлению, та рассмеялась и встала из кресла.

— Дарья Андреевна, ну неужели вы и в самом деле думаете, что несчастного журналиста убил Игорь Кириллович? — Она покачала головой, достала из сумочки пачку сигарет и закурила у окна. — Вы знаете, наверное, что дело закроют?

— Знаю, — подтвердила Даша.

— Но, конечно, не знаете почему. Я вам скажу. В ту ночь окно в комнате Боровицкого было приоткрыто. А подоконник тщательно протерт. Следователь предполагает, и я не могу с ним не согласиться, что кто-то посторонний забрался в комнату Петра Васильевича, увидев свет в его окне.

— Зачем?"

"— За ноутбуком хотя бы, — пожала плечами Раева. — Для любого окрестного ворья, которого здесь немало, компьютер очень ценная вещь.

— Но на вашу территорию не так-то просто попасть! — возразила Даша.

— Однако возможно, несмотря на все мои старания, — вздохнула Раева. — Пример с Ангелом Ивановичем очень убедителен, вам не кажется?

— Лидия Михайловна, это… это глупость какая-то, — сказала Даша неуверенно, тщетно пытаясь подобрать аргументы. — Грабитель залез, ударил ножом, ничего не взял… Полная ерунда, ну полная же! Следствие ошибается!

— Возможно, — легко согласилась Лидия Михайловна. — Но даже если и так, Горгадзе не имеет к произошедшему никакого отношения.

— Почему вы так уверены?

— Потому что я всех их знаю, — просто сказала Раева. — Поймите, Дарья Андреевна: я управляю миром, как ни смешно это звучит. Маленьким, но миром. Это мир нашего пансионата. И всех своих пациентов я знаю так хорошо, как они сами себя никогда не знали. Возьмите того же самого Игоря Кирилловича: он уверен, что мог бы уничтожить всех вокруг! Но на самом деле его раздраженность на мир — только на словах. Бодливой корове бог рогов не дает, знаете ли. Единственное, в чем он отличился за все время, — так это тем, что дал Красницкой сдачи в драке. И, между нами, был совершенно прав.

Раева потушила сигарету и открыла окно.

— А вон и господин Денисов, — задумчиво заметила она, глядя вниз. — Дарья Андреевна, вам пора уходить.

Даша поднялась и пошла к двери. У порога она обернулась и спросила:

— Лидия Михайловна, простите за нескромный вопрос — вам нравится здесь работать?

— Я вам сказала, что пансионат — особый мирок, — ответила управляющая, по-прежнему глядя в окно. — Но дело в том, что он еще и неправильный, как мир почти любого замкнутого социума с жесткими правилами. Скажу вам откровенно — наш пансионат, пожалуй, лучший в стране. Мы делаем для пациентов все. Но при этом…

Она замолчала.

— Что — при этом? — не выдержала Даша.

— Знаете, мои родители умерли очень давно, — внезапно сказала Раева, — погибли в катастрофе.