Дом одиноких сердец

 — Хм, надо же такую бредовую идею выдать! Боровицкий оставил ей квартиру, чтобы она нашла убийцу… Какие-то детские игры, ей-богу…

— А он и в самом деле очень любил играть… — медленно заговорила Даша, и Максим замолчал. — Помнишь его придумку с дуплом? И разговоры со стариками в пансионате… Он не воспринимал их всех всерьез, я это только недавно поняла. Выслушивал, сочувствовал, но не принимал близко к сердцу. Потому что и тут была игра. Для него все, что он делал, — одна сплошная игра. Наверное, даже смерть казалась ему игрой.

— Если так, то твой Боровицкий был моральный урод, — жестко сказал Максим.

— Не знаю, — покачала головой Даша. — Я действительно не знаю, кем он был. Но перед смертью он решил сыграть еще в какую-то игру. Придумал правила и сделал меня игроком. Я абсолютно уверена. Потому что он так и сказал в своем письме. Вон, возьми, — она кивнула на комод, — и сам прочитай.

— И что же я должен там вычитать? — огрызнулся Максим.

— «Я же со своей стороны могу лишь немного компенсировать Вам затруднения, с которыми, полагаю, Вы неизбежно столкнетесь», — процитировала Даша уже запомненное наизусть. — Максим, как ты думаешь, какую компенсацию Боровицкий мог иметь в виду, а? Вот как раз квартиру. Других вариантов просто нет.

— О господи! — вздохнул Максим. — Даже если так и есть на самом деле, то неужели он до такой степени заигрался, что решил отправить тебя на поиски убийцы в пансионат? Дашенька, милая, согласись: получается нелепица, абсурд. Только в голливудских фильмах может быть такой сюжет, и то в самых паршивеньких. Ты что, будешь ползать по кустам, высматривая нянечку с кинжалом? Или санитарку с газонокосилкой? А других способов для поиска убийцы я не вижу. Я готов допустить, что примерно такие мысли и бродили в голове нашего доморощенного Холмса — на него очень похоже, судя по твоим рассказам, — но неужели ты думаешь, что тебе позволят бродить по пансионату и расспрашивать всех проходящих: «Ой, извините, а не вы ли случайно угробили писателя Боровицкого? Не вы, да? Ну, извините». Ты же не в детективе Агаты Кристи живешь, а в реальной жизни! Не исключаю, что Боровицкий под старость лет слегка съехал мозгами, и ты вслед за ним, но тебе я постараюсь их вправить.

— Есть еще один вариант, — помолчав, продолжала Даша. — Понимаешь, Боровицкий был очень необычным человеком. Идея с выслеживанием убийцы по следам или уликам его бы не увлекла.

— А что бы увлекло столь нестандартную личность? — с сарказмом поинтересовался Максим.

— Ребус, — коротко сказала Даша. — Он ведь очень любил мне всякие психологические загадки загадывать.

— Не понял… Что еще за ребус?

— Обычный ребус, — размышляла вслух Даша. — Максим, ты можешь спорить сколько угодно.