Дом у воды

Но в тот раз разведчик взял верх над любовником. И Сева, замедлив шаг, украдкой прошел следом, кляня себя последними словами за недостойное поведение. А выглянув из-за огромного фикуса, опешил. Полина подошла к мужчине, прогуливавшемуся около обвитой плющом стены, и потянулась к нему с поцелуем. Неизвестный соперник обнял Севкину жену и по-свойски положил руку на живот. Парочка прошла чуть дальше к аквариуму и уселась там на подоконник. Сева с минуту подумал и тихо вышел из зимнего сада. Словно ничего не произошло, уселся у кабинета физиопроцедур и принялся ждать жену. Полина появилась минут через десять. Довольная и счастливая женщина, наслаждающаяся своей беременностью.

— Отсутствуешь на рабочем месте, — весело хмыкнул Сева, рушив про себя, что, пока не родится ребенок, ничего говорить не станет.

«Конечно, надо бы разузнать все об этом типе. Кто? Что? И по какому праву лапает мою жену? — мысленно ощерился он. — С другой стороны, и Полина не возражала против объятий коллеги. Твою мать! Родится ребенок, сразу тест сделаю. Если мой — отберу на фиг. Ну какая из Полины мать? А если нет…» — Сева даже побоялся додумать дальше."

"Да и теперь гнал от себя растерянность и панику, перемешанные с гневом. Кому рассказать?! Да он и слова вымолвить не мог. Только Сеньке сдуру ляпнул, когда получил результаты теста. Но старший брат особо расспрашивать не стал, лишь велел лететь в Париж.

— Суй свою ж. пу в самолет, — пробубнил Арсений, перезвонив, и добавил веско: — Ты мне нужен, Сева.

Самолет начал спускаться над городом, и Сева, прильнув к иллюминатору, принялся рассматривать в темном небе белеющий купол Сакре-Кёр и сверкающие огнями башни Дефанса.

В зале прилета его встречал мрачный старший брат, сжимающий в карманах пудовые кулаки.

— Извини, что без цветов, — хмыкнул вместо приветствия.

И Сева впервые за несколько месяцев рассмеялся. Он боялся, что Сеня дорогой начнет выспрашивать подробности унизительного адюльтера. Но Арсений Юрьевич сразу перешел к делу. Заставил младшенького крутить шестеренками, шариками, роликами, или что там у него вместо мозга?

Сева сначала слушал вполуха, а потом внезапно осознал, что дела обстоят хуже некуда. И измена Полины по сравнению с проблемами Светы и Арсения просто веселый зоопарк на лужайке.

— Гранаты, говоришь? — пробурчал он, подходя вслед за Сеней к черному автомобилю с волнообразными рельефами и массивной радиаторной решеткой.

— Новый Майбах, твою мать, — довольно фыркнул Сева и на правах младшего попросил азартно: — Дай порулить, а?

— Я? — с сомнением уставился на него Арсений. — Это тачка Пахомова, — заметил он и добавил довольно: — С водителем. Садитесь назад, Всеволод Юрьевич.