Дом у воды

— Приехали, слезай, — скомандовал Гаранин, помогая ей обрести землю под ногами. — Пойдем, познакомлю тебя с Луной и Звездой, — примирительно пробурчал он, не желая переводить погожий денек на глупые ссоры."

"Света, ухватившись обеими ладонями за большую сильную руку Арсения, подошла к изгороди и удивленно уставилась на прекрасное создание. Длинноногое и грациозное. Лошадь радостно подбежала к гостям, уткнулась носом в пустые ладони.

— Жаль, мы ничего с собой не взяли, — пробормотала себе под нос Света. — Даже кусочка сахара нет.

— Я позаботился, — буркнул Гаранин, насыпая в тонкую руку «жены» кусочки сахара и мармелада. — Подумал, что ты захочешь покормить.

Шершавый язык тотчас слизнул все вкусняшки и прошелся еще раз по пустой ладони.

— Ничего нет, — объяснил лошади Арсений и деланно развел руками. В этот момент на крыльцо вышла старушка в белом платке и запричитала:

— Сенечка, сыночек…

— Это жена моя, баба Клава, — привычно представил Гаранин.

— У тебя этих жен, — отмахнулась бабулька, искоса глянув на Свету. Та равнодушно отвернулась к лошади, сделав вид, что не заметила холодного приема и грубой реплики.

«Мне не привыкать, — хмыкнула она про себя, почувствовав накатившую обиду. — Странно, что, не зная меня, бабка постаралась обидеть». Настроение сразу испортилось, но Света ласково улыбнулась лошади и, гладя по носу гнедую красавицу с черными хвостом и гривой, через минуту забыла о существовании глупой бабки.

— Нам бы молочка и сметаны, — смущенно кашлянув, попросил Гаранин. — И для Олеськи налей отдельно. Такая бледная что-то!

— Вот женился бы на Марине… — начала старуха и осеклась на полуслове. Видимо, Арсений Юрьевич одарил бабку добрым взглядом. Он еще помялся у калитки, а потом закричал что есть мочи

выглянувшему со двора соседу:

— Павка, мы едем с горы кататься! Бери детей! Поехали с нами!

Лошадь, стоявшая рядом со Светой, занервничала. Пришлось одной рукой провести по белой звезде на лбу, а другой ухватить за упряжь.

— Тихо, тихо, моя хорошая, — прошептала Света, водя ладонью по коричневой морде.

— А она мне нравится, — вынесла вердикт старуха и скрылась в доме. Гаранин в недоумении уставился ей вслед.

— Тебя забыли спросить, — огрызнулся он.

— Да она имела в виду лошадь, — хмыкнула Света и добавила тихонько:- Представляю, скольких баб ты сюда за молочком приводил.

— Никого я не приводил, — рассердился Гаранин. — Это Олеськина прабабка. — И словно желая одержать над Светой реванш, бросил раздраженно: — А я смотрю, ты и коня на скаку, и в горящую избу…

— Пою, вышиваю и вкусно готовлю, — продолжила она список, нимало не смутившись.

— Про последнее мне ничего не известно, — хохотнул Арсений. — Но ловлю на слове!

— Обойдешься, — мотнула головой Света.