Доверься

Не обо всем хочется говорить на первой или второй встрече. А потом наступит внезапно какое-нибудь десятое свидание, и вроде как поздно. Осадок остается, что умалчивали. Да?

– У меня нет осадка. Думаю, было бы странно, если бы мы обсуждали твою сестру. Она мне совсем неинтересна. – Паша цокает языком. И произносит натянуто, словно я вынуждаю одно и то же повторять двести раз подряд: – Интересна мне только ты.

– Ты злишься? – спрашиваю мягко. Начинаю поглаживать его по руке, чтобы расслабить.

Я не хотела его раздражать, но ситуация та не дает покоя. Невольно прокручиваю в голове снова и снова. Да и родителям объявить о своем новом увлечении нужно. Не помешала бы поддержка Паши, когда начну его защищать.

– Нет. – Он в экран смотрит. – Я устал.

Злится.

– Мы можем спокойно поговорить об этом. Ты можешь рассказать мне, что чувствовал в то время. Понятно, что ты бесился. Я бы тоже бесилась.

– Я бы лучше посмотрел фильм или лег спать. Это были сложные сутки.

Тон нейтральный и вежливый. Именно так я разговариваю с родителями своих учеников, если есть какие-то проблемы.

– Давай тогда спать.

– Как скажешь.

Паша закрывает ноутбук, откладывает его на тумбочку и гасит ночник. Устраивается на подушках. Я лежу рядом некоторое время, но от Паши веет холодом, и я отворачиваюсь. Отодвигаюсь подальше. Он не догоняет.

Или спит, или не хочет больше обниматься.

А я… уснуть долго не могу. Все думаю, думаю. Логично, что он справки навел обо мне. Смущает, что так естественно вел себя. Мне и в голову прийти не могло, что он на меня смотрит и ту ситуацию в голове прокручивает. С сестрой меня сравнивает? Просчитывает заранее, как отец мой отнесется, когда узнает?

Округляю глаза: секс со мной – это ведь не Пашин ответ папе за тот подлый удар? Поиметь его дочку в отместку за былые обиды. Наверное, кто-то посчитал бы это прикольным. Смешным. Подвигом.

Подтягиваю колени к груди. И правда поимел ведь. Как хотел. У меня же дома.

Почему-то в голову раньше эта идея не приходила. Я ведь увлеклась Адомайтисом так сильно! Нашей болтовней глупой, флиртом, играми в гляделки. Сама я на месть не способна, но люди ведь разные.

Как бы там ни было, Паше следовало сказать мне раньше. Или хотя бы быть более убедительным только что.

Он вновь кажется чужим. Совершенно посторонний мужчина, который в прошлом конфликтовал с моей семьей, голый спит в моей постели. Меньше получаса назад мы занимались сексом. Он брал меня сзади с огромным удовольствием. Ярко кончил, а я – нет.

Просыпаюсь по его будильнику: Паше дальше ехать, он раньше встает обычно.

Выключает звук, падает на подушки и лежит еще секунд десять. Я успела запомнить его ритуал за ночи, что он провел у меня.

Вдох-выдох, и он встает. Идет в ванную.