Драконоборец

Он кивнул на приятеля, спавшего на спине коровы. Звали его Толокница, и был он угрюмым и необщительным типом. – Мы затевали то же самое. Драконов, небось, здорово веселит то, как мы сами приходим и напрашиваемся к ним на застолье.

– Я не за сокровищем пришёл, – яростно возразил Листик. – Хочу убить дракона.

Кардинал расхохотался:

– Это ещё глупее, но если тебя выгонят на арену, то, думаю, получишь свой шанс. Забавно будет поглядеть.

«Шанс». Попытка. Вот что было нужно Листику.

– Если я выйду победителем, – спросил он, – нас отпустят?

Кардинал прищурился, глядя на него.

– Нет. Тебя съедят. Они же дра-ко-ны, – по слогам произнес он. – С ними не договоришься, не сторгуешься. Это просто огромные, тупые и голодные чудища.

Когда-то и Листик думал так же, но теперь у него в голове «тупые чудища» с трудом вязались с играми на арене, утончёнными замками, тщательно прорисованными картами и подготовкой пира.

Зато он легко поверил в то, что драконы ни за что их не отпустят. Они сбросили пленников в яму вместе с другой добычей. Неважно, что сперва с людьми захотят наиграться, в конце концов их всё равно съедят.

Однако погибать, не прихватив с собой дракона, Листик не собирался.

«И правильно, – весело сказала воображаемая Ласточка. – За меня надо ОТОМСТИТЬ! ЖЕСТОКО отомстить!»

«Как? – спросил её Листик. – Где у них слабое место?»

«Их тупые морды?» – предположила сестренка. В его воображении она порой говорила как семилетка, которую он запомнил.

«А ведь смысл в этом есть, – подумал Листик. – Пасть, глаза … может быть, крылья».

Можно бить в эти места, но до морды дракона попробуй дотянись. Листик несколько дней размышлял над задачей.

Тем временем в окошке высоко над люком в решётке синело чистое небо, и было видно, как день сменяется ночью, а ночь – днём. Листик жалел, что редко взбирался на вышину с Ласточкой полюбоваться восходом – это было одно из её любимых занятий, а он утром любил поспать.

Драконы то и дело забирали и приносили кого-нибудь, сбрасывали еду. Они, видимо, не больно-то разбирались, что какая животина ест, и потому оставляли много сырой рыбы и сена.

На четвёртый день забрали скулящего типа. Ну и ладно, думал Листик, без него даже легче, а то кричит во сне из-за кошмаров.

Скуливший ни с кем не разговаривал, поэтому ни имени его, ни откуда он родом, ни как угодил в плен, никто так и не узнал. Куда его отнесли – на кухню или на арену, – Кардинал сказать не мог.

«А если бы Клюковка подбросила меня на дракона? – подумал как-то Листик. – Получится ли проткнуть ему мечом глаз?» Вот только на арену его, скорей всего, пошлют одного. Листик поделился соображениями с остальными.

– Ты смог бы забраться ему на голову по лапе? – спросила Клюковка.