Друг сына

Кошусь на впечатляющие верхние сто десять подруги, обтянутые тонкой майкой:

– Замолчи, а, – фыркаю, – калорийная ты моя.

– Это ты молчи, глиста в скафандре, – ржет Вера, с огромным удовольствием припоминая мне старое школьное прозвище, и я не могу сдержать широченную улыбку.

И чувствую, как отпускает меня напряг сегодняшнего дня, нервозность, начавшаяся прямо с утра, когда проснулась в одной кровати с Матвеем.

Опять.

В третий раз за последние два месяца.

И это, на минуточку, после торжественно данного самой себе в присутствии Веры слова “не иметь больше дела с этим малолеткой”.

Понятно, что настроение с утра было отвратным, Матвей, определив по моему злому взгляду, что утренних радостей в виде быстрого секса не дождется, как, собственно, и разговора по душам, шустро слинял с так легко занятого вчера плацдарма, обещав вечером набрать.

Я только злобно хлопнула дверью, выдохнула, глянула на себя в зеркало в прихожей, с досадой потерла привычный, не сходящий синяк на шее, который этот засранец регулярно обновлял, покусала натертые за ночь губы и, морщась, побрела в ванную. Смывать с кожи запах Матвея и собираться на работу.

У меня сегодня была плотная запись до самого вечера, и никакое состояние нестояния не могло служить оправдательным приговором, если вдруг решу все отменить.

Боже, как я иногда завидовала людям, работающим на дядю, в обычном стабильном графике, с выходными, праздниками, отпусками, как у всех! И больничными! Больничными!

Это же сколько счастья: просто позвонить на работу, сказать, что ты заболела, и тупо проваляться дома весь день! И даже не один день, если вызвать врача и найти у себя температуру, например… Нет, часто так поступать, наверняка, нельзя, хотя есть умельцы.

Но иногда-то, иногда…"

"Правда, приступы зависти заканчивались быстро. Стоило вспомнить расчетку на своем прежнем месте работы. Я трудилась медсестрой, сразу после училища, целых два года. И да, там была белая зарплата, все стабильно… Стабильно хреново.

Ох, какое времечко было…

Димке тогда только-только полтора годика исполнилось, я его в сад с трудом запихала, вышла на подработку в поликлиннику. Параллельно училась в медколледже.

Димка все время болел, цеплял все болячки, какие только можно собрать в саду, я постоянно была с ним на больничном, естественно, получала копейки, которых даже на коммуналку не хватало.

А еще же надо было на что-то жить… Мой муж, Валерка, таксовал на отцовской тачке, но его денег нам хватало лишь на еду. И то не всегда.

Бывало так, что мы с ним вечером делили одну сосиску на двоих. Ну и вкус роллтона я теперь буду всю жизнь помнить.

В той жути мне очень помогала Вера, регулярно притаскивавшая сумки с продуктами.