Два шага до любви

— О господи, Славка, — перепугался Берестов, — тебе плохо?

— Нет, блин, хорошо! — в паузе между позывами ответила я не самым добрым тоном и потребовала грозно: — Выйди!

Никуда он не ушел, а принялся помогать, держал мои волосы, пока меня выворачивало, умывал холодной водой и умудрился еще за этим делом ответить на звонок Макса, отрапортовавшего о своем благополучном прибытии к Калининым и осторожно поинтересовавшегося, как там у отца продвигаются дела по соблазнению матери. С этим вопросом сынок припозднился месяца так на два.

А потом мы так и сидели на полу, и он крепко прижимал меня к себе.

— И часто тебя так? — спросил участливо Берестов.

— Нет, только когда понервничаю, — не открывая глаз, откинув голову на обнимающую меня руку, приходила я в себя и, продолжая злиться, возмущалась: — Нет, ну это засада какая-то! И ведь снова парень будет, вот сто процентов! У меня точно так же в прошлый раз с Максом было! Два месяца никаких симптомов вообще, а про свои критические дни я напрочь забыла! И тошнит, только когда нервничаю! Прямо какой-то берестовский мужской заговор!

— Ну, пацан — это же здорово! — улыбался предмет моего возмущения.

— Кому? — роптала я.

— Всем, — все шире и довольней улыбался Берестов.

— А самая веселуха знаешь какая? — продолжала я ворчливым тоном.

— Какая?

— Ровно семнадцать лет назад, практически день в день, ты мне точно так же сделал ребенка! И этот родится в августе! И тоже Лев по гороскопу! Ты мне прямо какой-то прайд львиный разводишь, Берестов!

— Да ладно! — восхитился он.

— А такому снайперству тебя, случайно, не папа учил? — открыла я глаза и посмотрела на него.

— Нет, — как на духу признался он.

— Это мое личное достижение.

И принялся хохотать, продолжая прижимать меня к себе.

— Никакой управы на тебя нет, Берестов! — тяжко вздохнула я.

— Ты потрясающая женщина! — не мог остановиться и все смеялся он.

— Глупая я женщина, — еще тягостней вздохнула я, — глупая. Мне бы бежать от тебя, куда глаза глядят, при первой же встрече, а я прыг к тебе в койку «леопардовым скоком», как Киса Воробьянинов за стулом. Вот теперь и сижу с тобой на полу! — И встрепенулась: — А что мы здесь сидим? Пойдем уже отсюда.

— Так, может, не пойдем? — мило улыбаясь, выдвинул он встречное предложение.

— Тут пол с подогревом и вон коврик симпатичный, может, займемся любовью, не отходя, как говорится, от унитаза — на случай, если ты от оргазма слишком перенервничаешь?

— И как тебе не совестно предлагать такое беременной женщине и матери взрослого сына? — театрально возмутилась я.

— А в кроватке? — предложил новую вводную он и быстренько уточнил: — Тебе вообще сексом заниматься можно?

— Можно, но рекомендовано придерживаться классической позы и без фанатизма.