Двойная взлётная 2
— Ты беременна?— Как видишь.— Чей это ребенок? — Громов смотрит настороженно, делает шаг навстречу. У Артёма в глазах любопытство и недоверие.— К вам двоим он не имеет никакого отношения. У малыша есть отец, а у меня мужчина.— Какой срок? — Шульгин задает главный вопрос, не хочу врать, но придется.— Не тот, который ты думаешь.— Ты сейчас говоришь правду? Ты ведь знаешь, Крис, врать опасно.— Это ваша жизнь пропитана обманом и фальшью. Вы сами выбрали ее, не впутывайте меня снова в свои грязные игры
Так во что вы вляпались?
Разговариваем словно муж с женой, помогаю Кристине с волосами, не спеша моем друг друга гелем, он пахнет чем-то сладким. Ее тонкие пальчики слегка царапают кожу, я дурею, как мартовский кот. Осталось только начать мурлыкать и тереться о ноги хозяйки.
— Да нормально все.
— Это называется нормально, когда вы пропадаете на четыре месяца, а меня мурыжит лысый дядька, расспрашивая о ваших делах? Словно я знаю что-то ценное и важное. Игорь, вас посадят, да?
Кристина смотрит с тревогой, волнуется девочка, это так приятно. Никогда никто не волновался, кроме Тёмы, за последнее время обо мне.
— Все в порядке, никого не посадит. Ай, Крис, с ума сошла, отпусти.
Корчусь от острой боли, потому что она ухватила меня за яйца, сильно сжав, впившись ногтями.
— Я сейчас буду говорить с твоими яйцами, у тебя ведь с ними ментальная связь. А если я и с ними не договорюсь, то перейду на более важный орган.
Смотрит сверкая глазами, настроена решительно.
— Куда важнее-то? Крис, отпусти.
— Я слушаю. Тут нет жучков, я проверила.
А вот теперь восхищаюсь ею, такая вырвет все причиндалы, но добьется своего, дерзкая, смелая.
— Якут напряг, срочно надо было делать дела, надо было лететь, таким людям, как его боссы, не отказывают. А потом узнали, что сильно копают под нас, пришлось отсиживаться, тебя не подставлять.
Хватка слабеет, конечно, рассказал не все, и дерьма еще хоть не по горло, но по колено осталось точно. Но пришлось вернуться, но был риск, что закроют сразу в зоне прилета.
— У них на нас ничего нет, роют, копают, собирают, если бы было, нас бы тут не было.
Тянусь, но Кристина уворачивается, лишь прохожусь по щеке губами, она отпускает меня, выходит из душевой, надевая длинный банный халат, вытирая полотенцем волосы.
— А мне что, так и идти?
Вдвоем смотрим на стояк, член покачивается, Кристина, склонив голову, рассматривает его.
— Знаешь чего хочу?
— Меня.
— Соленых огурцов.
Выходит, оставляя меня все еще возбужденного и голодного. Быстро надеваю на мокрое тело белье, на ходу — брюки.
— Артём, я никуда не поеду, у меня масса дел. А если вы хотите снова свалить, я вас не держу.
На кухне пахнет кофе и надвигающейся грозой, вот что Тёмыч умеет делать классно, так варить крутой кофе. Семён крутит головой, забавный и любопытный такой.
— Планы меняются, мы летим к Якуту.
— Это на Сахалин? Нет, точно без меня. Нет, нет, нет, у меня УЗИ и Семён, у него учеба и периодически драки. А у вас криминальные разборки, отдел по борьбе с экономическими преступлениями и, наверное, еще федералы.
— Ого, вот это список, — пацан восторженно присвистнул.

















