Двойня для случайного папы

– А извинить-то за что?

Дергаю плечом и встаю с сыном на руках. Надеюсь, капли при прорезывании зубов еще остались и не придется на ночь глядя нестись в аптеку.

– За то, что ты не высыпаешься из-за нас.

Сестра фыркает:

– Ты мне брось эти мысли, Лен. Вы же мне не чужие, и я вижу, как сложно тебе и что ты делаешь все возможное, чтобы меня не нагружать. Но я, честное слово, не против. Сегодня Мишаня с тетей поспит, да, мой юный друг?

Подхватывает Мишаньку на руки, и тот громко хихикает.

– Да перестань, – пытаюсь сыграть в героя, хотя представляю, во что превратиться ночь, если Миша и Паша будут в одной комнате.

– Не обсуждается! Так хоть один выспится.

– Систер, я тебя люблю! – кричу вслед этому дуэту и слышу ее смешок.

* * *Утром с трудом отрываю себя от кровати. Паша заснул только под утро, и поспать удалось от силы два часа, поэтому сейчас чувствую себя так, словно по мне проехался каток, и не один раз.

Умываюсь ледяной водой, чтобы хоть как-то уменьшить припухлость возле глаз. Хотя похожа я сейчас больше на вампира, чем на живого человека. Линка выходит из комнаты и смотрит на меня с таким сочувствием, что хочется упасть в ее объятия.

– Как Павлик?

– Нормально, уснул под утро. Может, мне отпроситься?

Линка крутит головой. Тоже прекрасно знает, что у нас это не приветствуется и карается очередными штрафными санкциями. Поэтому за все время я отпрашивалась один раз, и то почувствовала потом на заработной плате. Больше не рискую.

– Иди с миром, я справлюсь.

– Спасибо, зато потом, представляешь, как просто будет, когда своих родишь.

Линка прожигает меня таким взглядом, что мне становится смешно.

Сегодня нет настроения прихорашиваться, поэтому закручиваю волосы в гульку и надеваю самую удобную пару обуви.

В полудреме приезжаю в квартиру Ромы и с облегчением выдыхаю, когда охранник отдает мне ключи от квартиры и говорит, что хозяин уехал раньше и просил передать, чтобы я могла приступать к работе.

Вещи Ромы уже разобраны, и коридор больше не завален коробками. Приступаю к уборке, протираю пыль, постепенно погружаясь в мысли. Мою бурную деятельность прерывает звонок в дверь. Вытираю руки о фартук и иду смотреть, кто там.

Смотрю в глазок: Ромина невеста. Первая мысль: не открывать.

Но она явно знает, что я здесь. Поэтому распахиваю дверь и пытаюсь выглядеть невозмутимо, хотя тошно становится при мысли о ее поступке.

– Привет, служанка, – проплывает мимо меня, обдавая сладким запахом. – А где Рома?

– Доброе утро. Не знаю, меня охранник впустил, сказал, что Роман Сергеевич уже уехал по каким-то делам.

Лицо Лизы меняется, и на нем отражается злость какая-то животная. Делаю несколько шагов назад и упираюсь спиной в стену.

– Ты ему что-то сказала, дрянь? Да?

Я распахиваю глаза и мотаю головой.