Единственная для бандита

Я рефлекторно зажмуриваюсь. Слышу глухие удары и грубую ругань. А когда открываю глаза, вижу, как Леон с сумасшедшей яростью молотит на полу кулаками тело извращенца Росси.

Росси. Он просто лежит на кафеле. Как мешок с соломой. Не сопротивляется. Не двигается. Как будто… Только не это!

— Стой. Леон. Стой! Хватит. Достаточно.

Я оживаю. Заставляю ноги и руки работать. Я хватаю Леона за спину, тащу на себя, крепко обнимая. Он чувствует моё тепло и возвращается в реальность. Его руки дрожат. На них кровь. Костяшки разбиты до мяса. Леон сам весь трясется и рычит как дикий зверь. Он напоминает мне монстра. Адская машина убийств.

В уборную врывается Нико. Он видит жуткую картину и быстро реагирует — напирает спиной на дверь, удерживая её, чтобы никто из посторонних не вошёл в уборную.

Леон немного приходит в себя. Он дышит. Со свистом и хрипом. Смотрит на неподвижную фигуру Гвидо. И я на него тоже бросаю мимолётный взгляд. Кровь… Лицо подонка, намеревающегося меня осквернить и обесчестить, тонет в крови.

— Не бей его больше. Не б-бей… — шепчу, как мантру, прижимаясь щекой к могучей спине, захлёбываясь. — Дос-таточно.

Страшный. Какой же Леон опасный в гневе. Чума. Ядерная война. Он с одного удара отправил ублюдка в нокаут. И молотил как боксёрскую грушу. Ярость ослепила моего Леона. Мужчина провалился в аффект.

Он разжимает мои ледяные руки на своей талии. Делает три шага вперёд. Приседает не корточки и кладет руку на область шеи Гвидо, нащупывая сонную артерию.

— Maledizione! Не дышит…

(пер. Проклятье!)

Что? Ч-что?!

— Передоз.

Я не успеваю полностью осмыслить слова Леона. События разворачиваются рекордно быстро. Мужчина хватает меня за руку, тащит к двери.

— Что д-делать? Что же д-делать, Леон?

Боже. Боже! Боже!

Второй сын Фабио Росси мёртв. Сердце. Наверно у него сердце остановилось из-за передозировки! Не выдержало. Удары Леона лишь усилили эффект быстрой кончины."

"— Что же теперь будет? Война, да? Война? Теперь они меня точно заберут? Мамочки…

— Тихо, Лина, молчи!

Леон замирает. Он крепко сжимает мою руку. До хруста. Трёт переносицу, закрывая глаза. А когда открывает — смотрит на охранника, Луку:

— На выход. Через чёрный ход. К машине.

— Понял, — коротко отвечает тот.

Дверь открывается, мы быстро выходим из уборной. Двигаемся очень быстро. Почти бежим по тёмному коридору, который выводит нас на парковку. В глазах мигают черные пятна. Моё сердце реактивным автоматом бьётся в ушах.

Мы подбегаем к машине. Лука садится на место водителя, Леон открывает заднюю дверь, сажает меня в салон на пассажирское сиденье, одновременно чеканя приказ подчинённому:

— Увози её! Ты знаешь что делать! План — форс мажор.

Лука кивает, будто всё прекрасно понимает. А я — нет. Вообще ничего.