Единственный шанс мессира Хаоса (СИ)

Замираю на мгновения, ощущая, как подкашиваются непослушние ноги. Разве могу я верить словам аристократа?

— Как это вообще возможно, если у тебя уже есть невеста? Ты принял ее руку на глазах у всех… разве это… — слова срываются сиплым шепотом, когда горло сжимает горечь воспоминания о сегодняшнем вечере.

— Это фарс — часть игр наследника. Я не собирался жениться на ней. Много лет назад между нами существовала такая договоренность, теперь же всё изменилось. Да, я принял ее руку и пригласил на первый танец. Но лишь потому, что понял какую игру ведет Дэймэллиан.

— Но… — я закусываю губу, пытаясь поймать мысль, которая безнадежно ускользает от меня.

Он так близко, замирает возле самых губ и я бессознательно пью его дыхание. Расплавленное серебро его взгляда пьянит, заставляет сердце биться в груди ещё громче. Его руки нежно ласкают талию вызывая волны сладкой дрожи во всем теле. Его дыхание тяжелеет… как и мое. Рион как натянутая струна: взгляд выдает опасение, тело напряжено. Словно готов услышать свой приговор.

Всё, что я хотела сказать не имеет значения, когда он так смотрит, так касается меня. Даже если это иллюзия, я не смогу отступить. Еще только раз… хотя бы раз… лишь немного побыть рядом… тянусь к его губам, словно за последним в мире глотком воды. Жадно, алчно. Тело пробивает теплая волна скручиваясь внизу живота. И я срываюсь, погружаю дрожащие пальцы в шелковистые пряди, обвиваю шею. Рион глухо стонет и углубляет поцелуй, подчиняя моё тело своей воле. Пытаюсь прижаться ближе, еще ближе, слиться с ним.

— Моя хорошая, моя маленькая… — словно в бреду, он шепчет слова, не выпуская и не позволяя отдалиться. Прохладные губы касаются скулы, перемещаясь, ближе к уху и спускаются ниже, заставляя меня откинуть голову, подставить чувствительную шею. Кажется, я слышу собственный тихий стон и хватаюсь за его плечи, окончательно растворяясь в ощущениях.

— Я люблю тебя, Дэниэлла. Люблю. Я не могу дышать без тебя. Я не хочу дышать без тебя. — Шепот пробирается в самую душу, заставляя меня вздрогнуть.

Так не бывает. Это все какая-то очередная игра. Забава. Но руки младшего принца говорят больше любых слов, его глаза убеждают сильнее любых доказательств. И мне так хочется верить, что это по-настоящему.

— Ты принц. Ты не можешь… — цепляюсь за болезненно пульсирующую мысль, вытягивая себя из кокона эйфории.

— Поэтому мы еще во дворце. Я хочу представить тебя императору. — Он обхватывает пальцами мой подбородок, нежно тянет вверх, заставляя смотреть в его глаза.