Единственный шанс мессира Хаоса (СИ)
Эти люди нуждались в моей магии и я осталась. В благодарность, они готовы сломать мою жизнь, сделать своей собственностью. Они хотят мой дар. Я должна найти способ сбежать, но в ледяной глуши — они хозяева положения, а я лишь бесправная сирота. Чтобы укротить мою дерзость, мне придумали мерзкое наказание, после которого я уже не буду прежней. Пока злопыхательницы предвкушают моё унижение, я бегу босиком по снегу просить защиты у того, кого все так боятся. Только, что делать, если и он откажет мне?… Она спасла его однажды, когда он был обречен. А он оставил её тем, кто хотел просто использовать.
Тысячи воинов по крупицам насытили темную энергию. Впервые за всю мою жизнь. — Поворачивает голову и целует центр ладони. — Исцелился не убивая… наверное, впору благодарить Верховный Совет за такой подарок. Еще никогда не чувствовал себя настолько полным жизни. Тем более теперь, когда ты вернулась ко мне.
— А если бы я не вспомнила тебя?
— Я бы сделал всё, чтобы завоевать твое сердце. Снова.
Мой смех разлетается серебристыми переливами по комнате. Я тоже никогда еще не ощущала себя настолько живой.
Эпилог. Новый рассвет
Дэниэлла. Рассветный Дворец.
В его объятиях так уютно, я впервые за долгое время чувствую себя дома.
— Зачем Дэймэллиану было устраивать всё это?
— Сначала хотел задеть меня, обрадовался, что наконец-то нашел способ это сделать. Хотел показать всем разницу наших положений, высмеять, отравить отношения. Но потом он решил пойти дальше и забрать тебя себе.
— Что?
— Он винит меня в том, что его мать, первая императрица, оставила Дворец и нашего отца ради религиозного служения. Дэймэллиан был привязан к ней. И если бы фаворитка императора, моя мама, не забеременела мной, возможно, всё повернулось бы иначе. — Рион задумчиво приподнимается на локте и проводит кончиками пальцев по моей скуле, убирая за ухо непослушную прядь волос. — На самом деле Дэймэллиану пора повзрослеть и отпустить детские обиды.
— Что именно?
— Внимание и одобрение отца, магию, мать, которая находится рядом.
— Но это было в детстве. Твой дар раскрылся и стал тяжелым бременем. Разве наследник этого не видел?
— Видел и считал, что Светлые Небеса заслуженно наказали меня таким даром. Намеренно подогревал и поддерживал слухи о моей “кровожадности”. Наслаждался тем, что окружающие стали меня избегать.
— А мама?
— Стала избегать меня. Эй, не смотри на меня так, — смеется, — ты хотела узнать, но я не нуждаюсь в жалости.
— Прости, считай я просто дразню тебя. — Перехватываю его руку и глажу красивые длинные пальцы. — Но ты хотел ее внимания?
— До сих пор хочу. Но смирился с тем, что ее страх выше материнского инстинкта. Она, к слову, постоянно следит за мной.















