Единственная для оборотня и теща в нагрузку

Девушка, возможно, ее подруга, мертва, и сообщить ей об этом при ребенке я не могу.

– Пойдемте в комнату, – попросила я. Скоро придет Айк, и пусть он как хозяин объясняет.

– С девочкой все в порядке? – с беспокойством спросила девушка.

– Просто испугалась.

– А где Нита? – посмотрела она за наши спины.

– Спросите у хозяина."

"– Она бы никогда не причинила ребенку вред! – воскликнула Иса, заподозрив неладное.

– Я знаю. – У меня комок встал в горле.

– Она меня защищала, – подала голос дочь.

Девушка в волнении переводила взгляд с нее на меня, ожидая объяснений.

– Иса, идемте в комнату. Ваш господин попросил подождать его там. Он скоро подойдет.

Та подчинилась. Идя к себе, я раздумывала о том, стоит ли нам здесь оставаться. Благоразумнее было бы уехать, вопрос только куда. С другой стороны, даже у оборотней на дочь посмела поднять руку учительница, и защищать ее пришлось мне самой. Здесь же Айк доказал, что его слова о защите не пустой звук и все, кто ослушается, будут наказаны немедленно. Вот и думай.

На фоне случившегося известие о скором прибытии Владыки отошло на задний план и страха не вызывало.

Чтобы не акцентировать внимания на произошедшем, я не стала тискать и обнимать дочь, хотя очень хотелось. Она успокоилась, и вместо того чтобы напоминать ей о произошедшем, я постаралась отвлечь. В комнату к дочери еще с утра доставили игрушки, и я начала с ней их разбирать.

Вскоре пришел Айк, и дочь бросилась к нему, побросав все. Тот ее подхватил на руки и посмотрел на нас.

Иса теребила руками складки платья и решилась спросить:

– Господин, простите, что спрашиваю, но что с Нитой?

Айк бросил на меня быстрый взгляд, и я мимикой дала понять, что ничего не говорила.

– Иса, оставьте нас. Вам все объяснят.

Та поспешно вышла, а мы остались с вампиром, смотря глаза в глаза. Было странно видеть у него на руках свою дочь. Вернее, даже то, как она доверчиво прижимается к нему.

– Вы меня осуждаете?

– Вы о чем? – не поняла я.

– Я о том, что вы видели, – с намеком ответил он.

– Вы вправе наказывать своих людей так, как сочтете нужным. – Казалось, после этих слов он вздохнул свободнее.

– А где Нита? – спросила дочь, заглядывая ему в глаза.

– Она устала и должна отдохнуть, – уверенно произнес он. Даже я поверила бы этому, если бы не видела ее собственными глазами.

– А-а-а, – протянула дочь и заинтересовалась блестящей булавкой, скрепляющей на его шее платок.

– Прошу прощения за инцидент. Обещаю приложить все усилия, чтобы такого больше не повторилось, – произнес он и посмотрел на дочь. – Должен признаться, что у меня сердце сжалось, когда я услышал твой крик.

– У меня оно вообще остановилось, – сказала я.