Его единственная

 — Я хочу знать, почему ты ревешь? Я обидел тебя дурацким комплиментом?

— Глупости, — попыталась отмахнуться она.

— Ты же не истеричка, Юль, чтобы рыдать на пустом месте, — нависая, пробурчал Крепс. — Что-то сильно расстроило тебя. Что именно? Ты должна рассказать. Если я вызвался помогать тебе, то, как доктор, должен знать все.

«Ну конечно, Дмитрий Николаевич, — внутренне вздохнула она. — Сейчас я вам все как на исповеди выложу. Вот только как дальше жить станете?»

— Юль, — просипел он и, погладив ее по руке, строго предупредил. — Я жду.

— Нет, Дим, — вздохнула Юлька. — Просто нервы сдали. Я сейчас успокоюсь…

— Я понял, — кивнул Блинников, поднимаясь с колен и молниеносно принимая решение. Он добродушно посмотрел на сына и предложил. — Так, Димон, ты спишь, а мы с твоей мамой постараемся восстановить рецепт сырников. Иначе завтра ничего не получится.

— А ты тоже любишь сырники с яичницей? — бесхитростно поинтересовался ребенок.

— Обожаю, — заверил сына Крепс, понятия не имея, как можно совместить два совершенно разных блюда. Ну, разве что, если сырники окажутся острыми и с зеленью. Но раздумывать о кулинарии Блинникову хотелось меньше всего.

— Пойдем, — тихо попросил он Юлю. — Хочешь, в холле посидим, хочешь — в кухне.

— Ладно, — вздохнув, поднялась с постели Юлька, прекрасно понимая, что он не отцепится. Попыталась на ходу сообразить, как увести разговор в сторону. Сосредоточиться на мелочах и упустить главное.

«Он не простит, — в который раз напомнила она самой себе. — Вон как уверен, что Кирсанов бы для него бабло достал в любом случае. Но время тогда работало против тебя, мой дорогой. Успел бы Кирсанов и сколько бы собрал? К чему теперь гадать, если жизнь свернула на другую дорожку?»

— Рассказывай, — приказал Крепс, как только Юлька уселась на диван в гостиной.

— Я боюсь, — призналась она. — Сашка нас вычислит.

— Каким образом? — поморщился Блинников. — Телефоном ты не пользуешься, да и тут, кажется, глушилка стоит. Но если хочешь, можем переехать. У меня мать неподалеку живет. Сто километров на юг.

— А там что? Защищенный редут? — отмахнулась Юля. — Нет, Дима, нужно возвращаться в Москву. Или нельзя мне туда? Я не знаю, как быть, вот и паникую, — всхлипнула она. — Ты же не сможешь защищать нас вечно…

— Смогу, — хрипло заявил он, в один момент очутившись рядом. Обхватил ее за плечи, привлек к себе. — Забудь ты про Алену и своего мужа. Разберемся как-нибудь. На кону безопасность нашего сына, — рыкнул глухо и поцеловал.

— А как же карма? — вздохнула Юлька. — Я не хочу разбивать чье-то счастье. Ты же любишь Алену.

— Не знаю, — пожал плечами Крепс. — Иногда кажется, что очень люблю, а иногда — нет. Мне удобно с ней. Она легкая на подъем, покладистая.